Когда принцу Генриху было четырнадцать лет (1505), он выглядел на все восемнадцать. Тогда Генрих был уже чемпионом турниров и мог без малейших признаков усталости объездить лошадь.
После ранней смерти своего брата, Артура, Генрих стал главным претендентом на престол и получил титул принца Уэльского. В 1509 году, после смерти короля-отца Генриха VII его сын стал королём Генрихом VIII, в возрасте семнадцати лет.
До этого еще по настоянию отца, дабы укрепить политический союз с Испанией, Генриха убедили заключить династический брак с вдовой брата Артура - Екатериной Арагонской, дочерью королевы Кастильи и Леона. Жена была на 6 лет старше Генриха. Брак оказался поначалу даже счастливым, как это ни странно.
После женитьбы на Екатерине (Катарине) Арагонской, при всем своем неуемном темпераменте Генрих был более-менее верен жене. Но как только он стал отлучаться в военные походы, глядя на своих ближайших друзей, ему захотелось познать других женщин, поскольку Катарина мало того, что была старше него, она была женщиной высоких моральных принципов и ничего не знала о сладостной любви. Для нее любовный процесс превратился в идею фикс по зачатию и вынашиванию полноценного ребенка мужского пола для продолжения рода Тюдоров. Но, увы и ах, первое время у них вообще не было детей, а потом рождались в основном девочки, да и те умирали либо при родах, либо во младенчестве. Однако 1 января 1511 года Катарина все же родила здорового "новогоднего" мальчика, которого нарекли Генри в честь отца и пожаловали ему титул герцога Корнуолльского. Но, к сожалению, младенец скончался 22 февраля 1511 года, не прожив и двух месяцев.
Провожая Генриха во французскую экспедицию, Катарина вновь была беременна. В военных походах Генрих всегда стоял перед дилеммой - быть верным жене или все же познать заветную страсть в любви с разными доступными женщинами, как его верные друзья. В итоге, изменив Катарине однажды, он вошел во вкус и все больше досадовал на жену.
Однако в походе во Франции, после побед под Теруанном и Туренью, Генрих соскучился по Катарине и, только ступив на английскую землю, потребовал коня и поскакал к жене в Ричмонд, намного опережая кавалькаду свиты.
Во время похода мужа во Францию, Катарина в очередной раз потеряла ребенка, и на этот раз это был мальчик. Дело в том, что во время французского похода Екатерина была беременна, но на время отсутствия короля в Англии она была назначена регентом. Но, как назло, шотландские лорды под предводительством Якова IV вторглись на территорию Англии. Беременная Королева, которой врачами строго было предписано лежать в постели, самолично разработала большую часть плана обороны страны и даже скакала в седле, а 9 сентября 1513 года шотландцы были разгромлены по ее плану. В знак победы, Екатерина отправила Генриху письмо и окровавленную рубашку шотландского короля. Но эти события не прошли даром для Катарины, волнения и эмоции привели к потере ребенка мужского пола. И такую ужасную потерю по ее собственному недомыслию уже не вернуть.
К Рождеству в Ричмондском замке устраивались турниры, охоты, маскарады, балы и банкеты для удовольствия и развлечения Генриха VIII. В подготовке маскарада и банкета по возвращении мужа участвовала сама Катарина, она живо обсуждала организацию торжества со своими верными служанками и другими верноподданными.
Камергер Уильям Блаунт, лорд Маунтджой, был одним из самых верных подданных и друзей Катарины. Кроме того, Катарина все время пыталась настроить своего Генриха в пользу лорда Маунтджоя и его ученых друзей. В одной из деловых бесед лорд Маунтджой упомянул о некой своей родственнице, семья которой хотела бы, чтобы девушка получила место при дворе. А Катарина как раз отлучила от службы одну из подлейших фрейлин и прислужниц - интриганку-шпионку испанку Франческу. Друзья лорда Маунтджоя не были при дворе, это были ученые мужи, такие как Коле, Линейкер, Томас Мор. Но, зная "коллективный разум" этих ученых мужей и, ценя ум и такт лорда Уильяма Блаунта, Катарина прислушалась к его советам и к его протекции по поводу его 15-16-летней родственницы Элизабет. Королева дала согласие, чтобы лорд привел свою родственницу к ней на смотрины.
Родственница лорда Элизабет (Бесси) была дочерью сэра Джона Блаунта из Кинлет Холла в Шропшире и Кэтрин Пешелл (или Першелл) из Найтли, графство Стаффордшир. Родилась Бесси примерно в 1498-1500 г. В семействе Блаунт было еще 10 детей. Королева Екатерина (Катарина) смутно вспомнила, что мать Бесси - Кэтрин служила фрейлиной при ее дворе в тот недолгий период, пока она сама была еще замужем за принцем Артуром.
Буквально на следующий день лорд Маунтджой привел на аудиенцию к королеве миниатюрную и симпатичную, рыжеволосую, 15-летнюю родственницу по имени Бесси Блаунт. Орабевшая юная красавица, увидев саму королеву, как подобает, присела в глубоком реверансе и невольно покраснела, опустив глазки с каштановыми ресницами и бровками долу, под серьезным и испытующим взглядом Екатерины Арагонской. Поскольку мысли Катарины были заняты подготовкой рождественских торжеств, то королева в присутствии шикарных придворных дам распросила это милое, невинное создание, умеет ли она играть на музыкальных инструментах, петь и танцевать придворные танцы. Когда Бесси ответила, что она обучена придворным танцам, а затем взяла лютню и красивым голоском запела песню, написанную самим королем, Катарина решила, что девушка вполне подойдет для участия в рождественском маскараде.
В это время в залу, то ли на звуки музыки, то ли засвидетельствовать почтение супруге, порывисто вошел сам король Генрих VIII. Услышав чудесное исполнение своей собственной песни из уст милейшего миниатюрного создания с распущенными по плечам золотисто-рыжеватыми волосами, король остолбенел, а слова замерли у него на губах. Стоящая за его могучей спиной свита тоже замерла по его знаку и сохраняла глубокое молчание. По окончании песни, король восторженно сказал: "Браво!" и попросил представить ему малышку. Девушка стала совсем пунцовой и упала на колени пред королем.
А королева Катарина сама представила малышку: "Это Бесси Блаунт, родственница лорда Маунтджоя, подумываю о предоставлении ей места при дворе." Король поднял Бесси, взял ее за подбородок и сказал ей несколько слов одобрения...
Тут бы королеве включить свои мозги и впоследствии под каким-нибудь благовидным предлогом не взять "откровенную Бесси" ко двору, авось занятый делами король ничего бы не заметил и, возможно, забыл бы эту встречу. С глаз долой, из сердца вон. Но королева вовремя не сообразила просчитать на несколько шагов вперед, похоже, она была очень утомлена после возвращения мужа или опять беременна. Лорд Маунтджой дал знак трепещущей племяннице удалиться. А Король и королева заговорили о номерах в рождественском представлении...
Случилась эта история приблизительно в октябре 1513 года. Бесси приняли фрейлиной ко двору, и она все время мелькала в свите королевы и попадалась на глаза королю.
Как назло, накануне Рождества король был в прекрасной форме и очень энергичен. Целыми днями он героически сражался на потешных турнирах, смеялся и все время побеждал. А королева была грустна, тиха и совсем лишена сил, ведь накануне, буквально в ноябре 1514 года, Екатерина родила ещё одного мёртвого мальчика, а сейчас она была без сил из-за всех этих самых грандиозных праздненств, представлений, обильных банкетов, безумного веселья и череды удовольствий, продолжавшихся далеко за полночь. Но Катарине всегда удавалось изобразить искреннее удивление подвигами мужа на турнирах. Гордый король подходил к своей королеве, целовал ей руку и тоже как бы искренне уверял ее, что все его подвиги совершены в честь его королевы. Королева самодовольно верила мужу, целовала короля, высказывала благодарность, а затем слегка журила его за риск и причинение ей беспокойства. Катарине и в голову не приходило, что все эти подвиги он совершал во имя рыженькой простушки из ее свиты.
И, как назло, при всей внешней идилии короля и королевы, а также при застенчивости и скромности новой придворной, Бесси Блаунт каким-то чудесным образом всегда ухитрялась выходить на первый план, вызывая тайный интерес короля. Она исполняла тягучие и нежные песни на лютне, при этом она краснела и смущенно улыбалась, потупив глаза. Даже в устраиваемых как бы для удовольствия королевы танцах, то ли кто-то из церемонимейстеров так подстраивал, то ли так совпадало, что Бесси часто оказывалась партнершей самого короля, а руки девушки и короля в танце сплетались на глазах королевы и всего двора. Генрих и Бесси были как бы созданы друг для друга, оба такие рыжеволосые, веснушчатые и белокожие - юная очаровательная Бесси и сбросивший несколько лет и помолодевший Генри. Король наблюдал за Бэсси при застольях, на маскарадах, даже в покоях королевы, но редко решался заговорить с девушкой, даже танцуя с ней на балах. Милая Бесси вызывала в нем нежные чувства, но не такие, как ранее с королевой или другими женщинами, король понял, что безнадежно влюбился и досадовал на себя. Генрих даже было хотел отлучить фрейлину от двора, дабы с ней никогда более не встречаться, но не мог найти благовидный предлог или объяснить увольнение королеве так, чтобы она ни о чем не заподозрила. А королева, похоже, даже не догадывалась, будучи занята только собой и своими проблемами, искренне считая, что Генрих любит только ее, или же хотела держать Бесси на глазах, надеясь, что под королевским неусыпным надзором ничего плохого не случится. Но если что-то неприятное хоть для кого-то должно произойти, оно обязательно произойдет, будьте уверены.
На рождественском бале-маскараде 1514 года король нарядился по одним сведениям - в белый парчовый турецкий костюм и прикрыл лицо маской, а по другим сведениям - в костюм « героического рыцаря-португальца, спасавшего дам из Савойи»... Но, как бы там ни было, его выдавала могущественная фигура, рыжая растительность на подбородке и губах и то там - то тут вылезшие из-под шлема рыжие волосы. Может это было два разных маскарада в череде праздненств, или сведения зависят от "степени подпитости" современников? Но это не так важно, допустим он был рыцарем, а он и был им по жизни. Королеве было уже под тридцать, ее, как всегда, подводило здоровье, она восседала на пьедестале в великолепном наряде из серебряной парчи, расшитой разноцветными сверкающими драгоценностями, в окружении фрейлин, тех самых "дам из Савойи". Она так утомлялась, что периодически удалялась с бала в покои, чтобы полчасика передохнуть, потом заново пудрилась и возвращалась, дабы быть на глазах у развеселого Генриха.
А король в это время резвился и танцевал, себя не помня, он каким-то образом наткнулся в зале на Бесси, или разыскал ее по росту и руководствуясь интуицией, или знал, что она изображает "даму из Савойи" среду других девушек свиты... По сценарию Генрих "спас именно ее", а затем в танцах увлек Бесси в дальнюю нишу зала, где королева их не видела, но видели другие придворные, и тогда Генрих молниеносно сообщил ей, что они должны встретиться на другой день на охоте. Затем он отправил Бесси на помост к королеве, которая, как назло, не ушла в этот момент к себе в опочивальню, а сам остался в нише, переводя дух и приходя в себя, маскируясь с кем-то другим в паре. Королева, опять занятая собой и своей болезнью, ничего не заметила. И лучезарно улыбалась запыхавшемуся мужу.
На следующий день состоялась королевская охота, на которой королева не присутствовала под предлогом болезни, но присутствовали сподвижники короля и другие дамы, и Бесси в их числе. По некоторым отзывам Бесси была чуть ли ни в единственном числе на охоте, что вряд ли могло быть, скорее все же в числе других дам. Бесси была замечательной наездницей и прекрасно держалась в седле. Там-то король догнал дерзкую наездницу и более получаса провел в ее обществе и переговорил с ней наедине, заручившись встречей в ее апартаментах поздним вечером. С тех пор завязался роман короля Генриха VIII и фрейлины Элизабет Блаунт. Но король тщательнейшим образом скрывал его от королевы Екатерины и от окружающих, если это возможно, скорее всего королева из-за своих недомоганий просто закрывала на этот роман глаза и ничего не хотела знать, кроме своих беременностей, ведь король время от времени посещал жену в спальне. Так бывает "редко, но часто".
Непрекращающиеся, не смотря на роман с фрейлиной на стороне, отношения Генриха с женой принесли свои плоды, 18 февраля 1516 королева Екатерина благополучно родила дочь, которую назвали Марией в честь младшей сестры Генриха, французской королевы Марии Тюдор. Но Генрих VIII, был взбешен и разочарован, он ожидал сына и не сомневался, что это будет сын, тут...девочка. Но все равно по случаю рождения принцессы Марии были организованы грандиозные торжества, ведь ждали мальчика и все уже было готово. Не пропадать же добру.
Тем временем, роман Генриха и Бесси длился уже четыре года. Пока в конце осени 1518 года Бесси ни оказалась "в интересном положении", и ещё до того счастливого момента, как беременность Элизабет стала заметна, кардинал Томас Уолси по приказу короля (!!!) отправил её в Блэкмор, графство Эссекс, где ее поселили в доме при монастыре Св. Лаврентия.
Интересно, что практически одновременно с беременностью Бесси в 1518 году и королева Екатерина снова оказалась беременна. Генрих ликовал! Но 10 ноября 1518 года у королевской четы опять родилась девочка, прожившая лишь несколько часов. Это были последние роды королевы Екатерины Арагонской. А Генрих стал серьезно задумываться о разводе.
Однако вскоре Генриху опять посчастливилось стать отцом. 15 июня 1519 года в монастыре Св. Лаврентия, его фаворитка Элизабет Блаунт родила сына Генри, тоже названного в честь великого отца и получившего фамилию Фицрой. Приставка "Фиц" по-нормандски означает - сын, корень "рой" - король, т.е. "Фицрой" буквально - "сын короля".
Через некоторое время то ли мудрый лорд Маунтджой решил выдать Бесси замуж от греха подальше, то ли сам король (по сведениям очевидцев) попросил подыскать Бесси мужа, то ли королеве кто-то что-то нашептал, то ли кардинал Уолси все устроил, но как бы то ни было, в один прекрасный день сэр Гилберт Тейбуа, сын Джорджа Телбойса (Тейбуа), лорда Кайма, попросил руки "мисс" Элизабет Блаунт. А королева не отказала - ведь фрейлины должны непременно удачно выходить замуж. Узнав якобы от жены весть о предстоящей помолвке Бесси и Гилберта Тейбуа, король внезапно заболел, у него случился сильный жар, хотя он все сам же и подстроил или попросил организовать помолвку, но вероятно не задумывался над тем, что предстоящее замужество Бесси так выбъет его из седла. Король слег на несколько дней в жару и бреду, а безутешная королева не отходила от ложа больного, сама выхаживая его. Остается надеяться, что в бреду король не проговорился о романе. А надо сказать, что незадолго до рождения ребенка Генрих прекратил все отношения с фрейлиной Элизабет Блаунт.
Вернувшись чуть назад, нам стоит знать, что еще в 1517 году, накануне рождения Фицроя, отец жениха Гилберта Тейбуа был признан душевнобольным, и надзор за его семьёй и имуществом был передан кардиналу Уолси. Возможно, благодаря влиянию Уолси, для Элизабет и отыскался этот завидный жених и было обеспечено богатое приданое, а жениху Гилберту Тейбуа было разрешено вступить во владение землями в Линкольншире и Сомерсете.
Как бы там ни было, свадьба Бесси и Гилберта состоялась то ли в конце 1518 года, то ли до середины 1519 года, а в ближайшем году (1519-1520) у новоиспеченных молодых уже родилась старшая дочь, которую назвали Элизабет, вслед за дочерью родились двое сыновей, Джордж и Роберт.
Генрих VIII официально признал Генри Фицроя своим ребёнком. Мать ребенка Элизабет Блаунт удостоилась неофициального звания «матери королевского сына». Король был щедр к Бесси, в 1524 году по акту Парламента ей, как «матери королевского сына», было даровано право на пожизненное владение многими из поместий её свёкра. Впоследствии Бесси ежегодно получала от короля новогодние подарки, однажды она получила грант на три бочки гасконского вина, поставляемого в порт Бостона. Мужу Бесси было пожаловано поместье в Уорикшире, а в 1525 году Гилберт, был назначен смотрителем замка Таттершолл в Линкольншире, где семья и обосновалась, в доме неподалёку.
Тем временем, пока семейство Бесси Блаунт с остальными детьми проживало близ замка Таттершолл, сын Генриха VIII - Генри Фицрой, герцог Ричмонда, проживал в замке Шерифф Хаттон (Sheriff Hutton Castle) в Йоркшире. Сам король-отец уделял особое внимание образованию и воспитанию сына. У юного пока еще негласного наследника была подобающая принцу многочисленная свита и лучшие учителя. С пеленок ему преподавали латынь и древнегреческий языки, а также давали уроки пения и игры на вёрджинеле, обучали принца верховой езде, стрельбе из лука и охоте.
В 1525 году Фицрой был посвящён в рыцари ордена Подвязки, а 18 июня Генри провозгласили пэром, даже состоялась торжественная церемония, на которой 6-летнему Генри Фицрою был пожалован титул герцога Ричмонда и Сомерсета, такими титулами обычно именовали королевских принцев крови.
Весь двор переполошился и более всех королева Екатерина, посчитав, что поскольку она не в состоянии родить наследника мужского пола, то следующим королем Англии может стать бастард. Но волнения были преждевременными.
Забегая вперед, следует сказать, что Фицрой обладал слишком слабым здоровьем. Но пришла пора и 28 ноября 1533 году принц Генри обвенчался с леди Мэри Говард, дочерью Томаса Говарда, 3-го герцога Норфолка, этот брак стал последним шагом в приготовлениях к присвоению Фицрою звания наследника престола.
Однако много воды утекло с тех пор, королю Генриху VIII удалось развестись с Екатериной Арагонской, затем дважды жениться вновь и оба раза неудачно, казнить свою жену Анну Болейн, которая опять родила не сына, а дочь Елизавету. Но после женитьбы короля на Джейн Сеймур, парламент принял второй Акт о престолонаследии, по которому дочери короля леди Мария, принцесса Елизавета и сын Генри Фицрой были объявлены незаконнорождёнными. Учитывая отсутствие у короля законных наследников, Генриху VIII было предоставлено право назначать преемников по своему выбору. Опять многие при дворе переполошились, полагая, что Генрих непременно назначит приемником сына - Генри Фицроя.
Но хлипкий принц не оправдал ничьих надежд, он заболел скоротечной чахоткой и летом 22-23 июня 1536 года Генри Фицрой скончался. По приказу короля-отца Норфолки организовали его очень скромные похороны без торжественных церемоний и отпевания. Говорят, что мать Бесси узнала о них последней и даже там не присутствовала. А Генри Фицрой был погребен в Тетфорде.
Отступив немного назад, стоит сказать, что в ноябре 1529 года супругу Бесси - Гилберту Тейбуа был пожалован очередной титул барона Тэлбойса из Кайма. А в 1530 году сэр Гилберт Тейбуа внезапно скончался. Бесси овдовела.
Выдержав двухлетний траур, вдова Элизабет теперь уже Тейбуа начала опять подыскивать себе партию. Ей повезло, несмотря на кучную кучу детей, в 1532 году к "матери сына короля" Элизабет посватался лорд Леонард Грей. Однако вдовица по каким-то своим соображениям или по чьему-то мудрому совету отклонила его предложение. Зато Элизабет предпочла брак с королевским камергером, Эдвардом Файнсом де Клинтоном, 9-м бароном Клинтоном, который был даже моложе её аж на четырнадцать лет. Элизабет и Эдвард поженились примерно в феврале 1534 года. Скорее всего и королевский грант 1534 года на три бочки госконского вина из Бостона был предназначен Бесси именно на свадьбу. В браке у пары родилось три дочери - Бриджет (1536), Кэтрин (1538) и Маргарет (1539).
Как Бесси оплакивала своего "сына короля" история умалчивает, но известно, что в это время (1536) у Бесси и Эдварда во втором браке как раз родилась дочь Бриджет Клинтон, которая впоследствии вышла замуж за Роберта Даймока и оставила многочисленное потомство в девять детей.
А первая дочь Бесси от первого брака, которую многие считают тоже ребенком короля Генриха - Элизабет Тэлбойс (Тейбоа), 4-я баронесса Тэлбойс из Кайма, родившаяся в1519-1520 гг, дважды была замужем, а после смерти своих братьев унаследовала собственность семьи и титул баронессы Тэлбойс из Кайма.
Ближе к 1540 г леди Элизабет теперь уже Клинтон вновь появилась при королевском дворе Генриха, она была назначена в свиту четвёртой жены Генриха VIII, Анны Клевской, в качестве одной из главных фрейлин новой королевы. Однако незадолго до аннулирования брака Генриха и Анны Клевской Бесси внезапно покинула службу из-за проблем со здоровьем. Элизабет вернулась в поместье своего первого супруга, где вскоре скончалась. Точная дата смерти Элизабет Блаунт неизвестна, но к 15 июня 1541 года она уже считалась умершей. "Мать сына короля" похоронили в Кайме рядом с её первым мужем сэром Гилбертом Тейбуа. И концы в воду, мало того, что королевского сына Генри Фицроя перезахоронили в усыпальницу Говардов, еще и мать Бесси Блаунт упокоили рядом с первым мужем. А был ли мальчик?
Алена Л.
По теме "Семь раз девственница "Добрая Бэсс" и грубиян Иван" - про Елизавету I здесь.
Про "Розу без шипов" Кейт Говард здесь. Про Маргарет Бофорт - родоначальницу Тюдоров здесь.