Люди молились богам и спаслись при кораблекрушении, а потом утверждали, что молитва спасла их от гибели.
А как же те, кто молился, но все-таки утонул? Набожным утопленникам не так-то просто высказать свое мнение со дна морского по той причине, что они мертвы.
Неудачники истории - как люди, так и идеи, - подобно набожным утопленникам, не оставляют после себя автобиографий (для этого нужно остаться в живых).
Финикийцы много занимались литературным творчеством, но папирус был исключительно нестоек, и рукописи жили недолго. Литературное наследие, которое переписчики не успели перенести на пергамент во II - III веках н.э., просто исчезло.
Мы ничего не знаем о тоннах отвергнутых рукописей именно потому, что они никогда так и не были напечатаны.
Сколько актеров, не прошедших пробы, могли бы многого добиться, если бы им улыбнулась удача...
Чем смертельнее риск, тем менее он заметен - ведь погибшие исключаются из числа свидетелей.
Если ваша жизнь висела на волоске, то выйдя из ситуации невредимым, вы будете недооценивать риск, которому подвергались.
Нас занимает то, что уже случилось, а не то, что могло бы произойти.
У изобретений редко бывает та судьба, которую мы им пророчим; лишь благодаря любви инженеров к созданию игрушек и машинок происходит очередной прорыв в познании мира. Великое множество замечательных идей было в конечном итоге похоронено.
Статья подготовлена с использованием монографии: Талеб, Н.Н. Черный лебедь. Под знаком непредсказуемости / Н.Н. Талеб. – М.: КоЛибри, Азбука-Аттикус, 2015. – 736 с.