А мы снова тут! Доброго времени суток. Страна у нас большая, и часовых поясов много. Если честно, после прошлой статьи хотели больше не касаться темы суда и наказаний, но… Но нам такого шанса не дали. С места в карьер:
«– Погоди. Всё же в этой проклятой заморочке есть и свой плюс. Каждый учебный полк нуждается в хорошем уроке относительно статьи девять-ноль-восемь-ноль, мы оба это знаем. Думать они ещё не научены, читать не любят и редко слушают, что им говорят. Зато видят – всё! И неудача этого Хендрика может сохранить шею кому-нибудь из его сослуживцев. Однако я очень сожалею, что наглядным пособием для этого урока послужил мой батальон. И отнюдь не хочу, чтобы в моем батальоне такое повторилось. Собери своих инструкторов и предупреди. В течение суток ребятишки пробудут в состоянии шока, а потом замкнутся, и напряжение станет расти. К четвергу или пятнице некоторые – склонные так или иначе к отсеву – станут думать, что Хендрика наказали не строже, чем того, кто садится пьяным за руль, а потом начнут замышлять ещё одно нападение на ненавистного инструктора. Сержант! Этот случай не должен повториться! Ясно?»
Может, лучше девочек поменять? Ну, в том плане, что, может, лучше всех уволить? Смотрите, сначала капитан говорит: «Однако я очень сожалею, что наглядным пособием для этого урока послужил мой батальон. И отнюдь не хочу, чтобы в моем батальоне такое повторилось». Всё логично.
Логично? Как бы ни так! Смотрим дальше и видим, что суть «урока», похоже, в том, что за нападение на старшего по званию их накажут точно так же, как за вождение в нетрезвом виде. Дельный урок, ничего не скажешь! Но дальше интереснее:
«Смотрите! Когда следующий новобранец полезет на инструктора, это должно быть пресечено немедленно. А не так, как сегодня! Парень должен быть тут же отключён – и чтобы инструктор пальцем не позволил до себя дотронуться! Или я вышвырну его к чертям собачьим по некомпетентности. Пусть так и знают. Инструкторы должны втолковать салажатам, что нарушать девять-ноль-восемь-ноль не просто себе дороже – нарушить её в принципе невозможно! Одна попытка её нарушить кончится лишь вывихнутой челюстью да ведром воды на голову – и больше ничем!»
То есть капитан хочет окончательно обозлить новобранцев? Настроить их против инструкторов и… одних сломать, а других заставить искать решение проблемы? Например, проверить оружие и найти один заветный патрон. Ведь если вероятность того, что в голову прилетит тот самый один из пятиста, действительно мала, то вот найти его – не проблема. Давайте прикинем. Допустим магазины на 30 патронов и у каждого по 4 магазина. То есть у десяти человек 1200 патронов – это ДВА боевых патрона, а может и три.
«Да лучше уж – пусть будет сделано. А если кто-либо из инструкторов даст промашку, я не просто вышвырну его со службы. Я лично провожу его в прерию и там так задам!.. Потому что я не желаю видеть ещё одного из моих парней у позорного столба – только из-за того, что его учитель недоглядел. Вы свободны».
Э-э… Погодите, это такой армейский юмор? Типа вывести в чисто поле, поставить лицом к стенке и пустить пулю в лоб? Капитану стоит определиться, вышвырнет он такого инструктора со службы, или задаст трепку в прерии, или может он решил и то и другое сделать? Отметелить гражданского человека?
А вообще, может, заняться обучением и воспитанием, а не запугиванием и забиванием? Это вообще надо додуматься: заменить морально-этическую норму тем, что старший по званию просто сильнее! При внимательном чтении складывается ощущение, что в МП выращивают дрессированных животных, а самое крутое животное – это командующий. Тоже тупое, но самое сильное. Так или не так, посмотрим дальше. Пока ощущение именно такое.
Вообще непонятно: с одной стороны, ситуация с Хендриком выглядит вроде как типичной, а с другой – такое ощущение, что в этой армии вообще не знают, что такое дисциплина, откуда она берётся и зачем нужна.
А дальше… Дальше мы впадаем в ступор. Просто дальше Рико решает уйти. И почему?
«Но в одном я был уверен: не хочу больше выяснять, что такое на самом деле Мобильная Пехота. Если она настолько неприветлива, что даже своих и. о. господа бога – сержантов и офицеров – делает несчастными, то для маленького Джонни это и подавно уж слишком! Как можно избежать ошибок в жизни, которой вовсе не понимаешь? Не хочу быть повешенным за шею, пока не умру!" Не хочу даже рисковать подвергнуться порке! Пускай рядом стоит врач и следит, чтобы значительных повреждений не было… В нашей семье никого никогда не пороли (разве что в школе драли, но это – дело другое). В нашей семье никогда не было преступников, ни по отцовской, ни по маминой линии. Никого даже не обвиняли в преступлении. Наша семья была почтенной во всех отношениях – разве что гражданства не имела, – но отец всегда считал, что нет в этом гражданстве ничего почётного, одно лишь бессмысленное тщеславие. И если меня выпорют – для него это будет ударом».
Рико увидел, как капитан отчитывает сержанта и впал в рефлексии! Кто-нибудь, объясните: это в МП специально берут ранимых и психически неустойчивых детей, или там целенаправленно расшатывают психику новобранцев? И где логика: «даже своих и. о. господа бога – сержантов и офицеров – делает несчастными»… Где там несчастие? Зим огрёб от капитана, да и сам свою вину чувствует, но это делает его несчастным? Или что делает таковым капитана? Логики нет, значит, это эмоции, значит, психика новобранца расшатана до невозможности. Подтверждением этого, кстати, является тот факт, что Рико меняет решение, получив письмо от Дюбуа.
Что тут ещё интересно? А многое, на самом деле. Во-первых, очередное подтверждение инфантилизма Рико, «маленького Джонни». Во-вторых: «В нашей семье никого никогда не пороли (разве что в школе драли, но это – дело другое)»… Хм, а помните, как Рико говорил о том, что отец может выпороть его на площади? А как отец Рико говорил, что не наказал его сильно, потому что Рико не знал о ценности вазы? Ну и очень понравилось это примечание в скобках. Но, простите, а чем тогда порка в армии отличается от порки в школе?
Что же получается? Описываемый мир – это мир, где детей в школе и солдат подвергают прилюдным поркам, мир, где ребёнка может выпороть родитель на площади. Пожалуй, это всё, что надо знать об этом мире. И вообще, где-то мы такое видели, вернее, читали о таком…
Ах да, в XIX веке в армиях почти всех стран Европы и в Российской Империи практиковалась порка. Исключением была Франция. Это у них повелось ещё со времён «революционных» войн конца XVIII века, когда
«армия молодой французской республики воевала против монархических армий Европы. Французы тогда посчитали, что воевать за свою республику должны сознательные ГРАЖДАНЕ Франции (многие из которых были добровольцами), а не забитые палками капралов замордованные рекруты. И это решение принесло французской армии той поры огромную пользу». (Телесные наказания в царской армии ч. 9. Сергей Дроздов)
Кстати, Наполеон традицию не упразднил, более того, культивировал товарищеские суды.
А в армии Российской Империи телесные наказания были отменены манифестом Николая Второго 24 августа 1904 года.
Что же, теперь понятно, почему в МП не думают. А стоило бы. Да вообще, в мире «Звёздных рейнджеров» обращаться к сознанию человека не принято...
Далее идёт несколько страниц воспоминания Рико о том уроке, когда полковник Дюбуа (учитель Истории и Философии Морали), сравнивая людей с собаками, доказывал необходимость телесных наказаний... Бр-р-р, пожалуй, на этом пока всё. А о том, как герои думают и размышляют, находя выходы из разных ситуаций и положений, можно почитать здесь (если ещё не прочитали, а если прочитали, то будем рады отзывам, они помогают продвижению): на ЛитРес в текстовом и аудио исполнении, книги в лабиринте (бумага), надеемся в январе порадовать вас новой книгой.