Июнь был прохладным и ветреным. Мы с нетерпением ждали июля, ждали тепла и солнца, но второй месяц лета не порадовал — начался сезон дождей.
Родители находились на грани развода, и я им мешал. Во время их очередной ссоры было решено отправить меня в деревню к старшей сестре моего папы. Отлично помню тот вечер, когда услышал от мамы фразу, которая меня совсем не удивила. Странно, что она не сказала этого раньше.
— Я вообще не хотела этого ребенка!
В общем, было решено, что июль мне лучше провести в деревне.
Через пару дней после того, как я приехал, умер одинокий старик. Его решили похоронить на окраине кладбища, на подступе к искусственным пихтовым насаждениям, которые растянулись на пару километров в противоположную от кладбища сторону.
Если бы похоронами старика занимались близкие ему люди, они бы ни за что не согласились рыть там могилу, потому что место было сырым. Между собой жители называли этот участок кладбища болотом.
Но старик был одинок, и всем было наплевать, что на дне свежевырытой могилы стояла мутная вода.
Накануне похорон тело старика исчезло из морга.
По деревни поползли слухи…
Старик не хотел, чтобы его хоронили в этой части кладбища. При жизни он ненавидел сырость и холод…
Во время очередных похорон присутствующие на кладбище видели чей-то силуэт между деревьев. Кажется, на человеке был строгий костюм, похожий на те, которые продают в ритуальных магазинах…
Могила так и осталось пустой, а это могло означать только одно: старик оставил её для кого-то. Пустая могила и пустой гроб…
Меня все эти разговоры больше развлекали, чем пугали, но было одно обстоятельство, которое нельзя было игнорировать: тело старика на самом деле исчезло.
Его обнаружили во время очередных похорон. Тело лежало в могиле, куда должны были опустить гроб с покойником.
Никто из присутствующих не рискнул перечить мертвецу. Именно в этой могиле он и нашел свой последний приют.
В могиле, которую выбрал сам.
