Глобальность и вселенский масштаб, оставшийся на уровне иронии над модерном и другим историческим прошлым или, как говорят другие люди, архитектура постмодерна. Справедливости ради, стоило бы считать её скорее общим умонастроением, если сильно хочется идеологией и философией, а не отдельным стилем, но тут уже как кому угодно.
Как и весь постмодернизм, сформировавшийся на отказе от модерна, эта архитектура стремилась преодолеть недостатки, свойственные прошлому. Как уже сказалось нами ранее, изначально архитектурные идеи, особенно «отцов-основателей», того же Чарльза Дженкса, были великие, а сейчас, даже несмотря на некоторую локальность, нельзя игнорировать тенденцию рассматривать самые разные явления архитектуры конца XX — начала XXI столетия как постмодернистские. О связи с философией и другими культурными явлениями говорить не приходится, идеологи зодчества, конечно, реагировали на «воздух эпохи», но задачи решали все-таки по собственному ведомству. Так что не особо удивляйтесь, когда встретите слово «постмодернизм» в книге Дженкса «The Language of Post-Modern Architecture», вышедшей за два года до «La Condition postmoderne» Лиотара. Ничего невероятного, ведь архитектура и строительство касаются социального самым прямым способом, то явные и мнимые недостатки модернизма каждый смог почувствовать на собственной шкуре в своей же повседневной жизни. Но и без столь любимой многими авторами мифологии не обошлось: существует вполне убедительная критика «мифа Пруитт-Айгоу» (этот сюжет с разрушением модернистского жилого комплекса в Сент-Луисе был принят Дженксом за конец «новой» архитектуры).
Как и философский, архитектурный постмодернизм сопровождался завидным обилием текстов, поэтому мы сейчас имеем четко сформулированные принципы. Первым дается некоторое «разрешение» на работу с историческими формами, но с условием рефлексивного, иронического использования, а не прямого. Совершенно не случайно книга 1966 г. «Сложности и противоречия в архитектуре» Роберта Вентури, служащая точкой отчета постмодернистских текстов, выстроена на материале исторической архитектуры и работах самого автора.
Другой принцип обозвали «двойное кодирование». Его смысл оказывается в этой самой двойственности, подразумевающей под собой адресацию к разным слоям публики: к массовому зрителю и к «образованным», способным считать контексты, цитаты, аллюзии. Согласно идеям движения, «настоящая» архитектура, подлинная и полноценная, должна не просто разговаривать со смотрящим, но нести сообщения понятные каждому. Такая ориентация на «включение» в логику проектирования и потребителя-признак постмодернизма. Зодчие-модернисты, с которыми боролись герои нашего сегодняшнего разговора, сами все решали, а в радикальных случаях сводили к убеждению, что при равных физиологических потребностях всех людей, жилье тоже должно быть равным. Важным фактором является и то, что архитектура модерна была присуща бедному, разоренному миру, пережившему две ужаснейшие войны в истории человечества, а новейшая идея строительства возникла в благополучии, где все жизненные потребности удовлетворены (не у всех конечно же, но сейчас мы не об этом) и можно отдохнуть от потрясений и поговорить о материале крыши и нужна ли она нам вообще. В общем, мы уже выяснили, что каждый постмодернистский дом разговаривает с разной публикой по-разному, но как он это делает разберем на примере «AT&T Building» Филипа Джонсона, впоследствии Sony Tower.
С первого взгляда обычный небоскреб манхэттена, в основе которого лежат неимоверной красоты спичечные коробки Мис ван дер Роэ, но если взглянуть внимательнее, то мы увидим, что архитектор пошел дальше: внизу, там, где лобби, делает огромного размера намек на капеллу Пацци Брунеллески, сверху сажает завершение в духе восемнадцативекового чиппендейловского шкафа, окна собирает в разделенные вертикальными полосами нишки, как в небоскребах 1920–1930-х на том же Манхэттене, фасад делает не в стекле и металле, а в «теплом» камне и так далее. Смотря на этот небоскреб, один увидит отсылки и интересные решения, а второй статный и солидный дом, «про традицию», а не очередную груду стекла и стали.
В основном Дженкс ругал модерн как раз за некоммуникативность, отчужденность человека от его собственной среды. Автор архитектуры модерна проектировал функцию, утилитарность, но они все равно не работали с самим пользователем. В постмодерне задачи здания не ограничивались необходимостью дать несколько квадратных метров жилой площади. Они стремились к организации пространства так, чтобы оно становилось средой, тем, с чем хочется взаимодействовать. Кстати, очень распространённая идея постмодерна-восприятие мира, как язык, сумму знаков и непрерывную коммуникацию.
Приближаясь к завершению нашего разговора, мы обсудим основные труды и манифесты. Один из важнейших теоретиков XX Винсент Скалли писал во введении к «Сложностям и противоречиям в архитектуре»: «Это, возможно, самый важный труд о том, как следует делать архитектуру, после “К архитектуре” Ле Корбюзье (1923)». Знаково, что книга начинается с «вежливого манифеста» («A Gentle Manifesto») «непрямолинейной архитектуры», где с первых его слов не «мы», а «я» виден постмодернистский характер: «Я — за беспорядочную жизненность против обязательного единства. Я скорее за богатство значения, чем за ясность значения… Я предпочитаю скорее «И-И», чем «ИЛИ-ИЛИ», скорее черное и белое и иногда серое, чем черное или белое».
В 1972 г. была опубликована другая интересная нам книга-«Уроки Лас-Вегаса», написанные Вентури вместе с женой Дениз Скотт Браун и Стивеном Айзенуром. Она построена на материалах совместного со студентами исследовательского проекта и посвящена тому, как работает коммуникация в архитектуре. Именно здесь появляется знаменитое разделение построек на «утки» и «декорированные сараи». «Дом-утка» говорит о себе посредством непосредственно формы. Даже само название появилось из-за «Лонг-айлендкого утенка» — киоск для торговли утиным мясом и яйцами, воспроизведенный Питером Блейком в книге «God’s Own Junkyard» («Свалка Господа Бога»). А «декорированный сарай» (буквально decorated shed) сообщает о своей функции с помощью других знаков (например таблички «утятина недорого»).