30 ноября на площадке клуба «Валдай» прошла дискуссия «Кто на самом деле споткнётся о “ценовой порог” на российскую нефть?». Модератор дискуссии Иван Тимофеев, программный директор Международного дискуссионного клуба «Валдай», назвал ограничение цен на нефть новым, по крайней мере в отношении России, инструментом санкционной политики. Ценовой порог, по его мнению, стал своего рода промежуточным вариантом, позволяющим не пытаться полностью блокировать российскую нефтяную торговлю, что грозило бы шоками на рынках. Вопрос в том, насколько эта мера окажется действенной и сможет ли Запад загнать российские поставки в искусственный политический коридор.
Генеральный директор Фонда национальной энергетической безопасности, профессор Финансового университета Константин Симонов считает ограничение цены не санкционным механизмом, а механизмом борьбы с поставщиками. «Люди, которые десятилетиями говорили, что они рыночники, занимаются абсолютно антирыночным варварством», – заметил он, добавив, что в том случае, если этот механизм будет работать, его могут начать применять даже без политических предлогов. При этом сам рынок сейчас не верит в непосредственную угрозу дестабилизации, и цены пока не растут. Россия, в свою очередь, верит в рынок и рассчитывает, что он создаст альтернативный спрос в других регионах. Говоря об эффекте ценового порога, эксперт указал, что вместо того, чтобы думать над решением проблемы энергетического голода, страны-инициаторы создают стрессы для глобального энергетического рынка и риски хаотизации.
Президент Института энергетики и финансов Марсель Салихов указал на провал в добыче нефти весной, связанный с уходом крупных трейдеров, отказавшихся работать с российской нефтью. Однако к лету добыча восстановилась, и западные страны, поняв, что эмбарго не работает, обратились к идее ценового порога, price cap. В итоге они решили совместить эмбарго и ограничение цен, причём страны, вводящие ценовой порог, уже ввели эмбарго, что осложняет реализацию нового механизма. Салихов подчеркнул, что пока обсуждаются высокие значения порога, поэтому его краткосрочный эффект будет незначителен. Однако важен не только этот эффект, но и возникновение некое инфраструктуры, которая может в дальнейшем оказывать долгосрочное негативное влияние на российскую нефтяную отрасль. Эмбарго, в свою очередь, вероятно, окажет структурное влияние на показатели следующего года, потому что европейский рынок трудно заместить, особенно по нефтепродуктам, но сокращение не будет иметь критического характера.
Управляющий партнёр консалтинговой компании Eurasian Nexus Partners Биджан Хаджехпур рассказал об иранском опыте, связанном с противодействием санкционному давлению. Он отметил, что у санкций есть эффект, но своих целей они не достигают, хотя и бьют по экономике. Причём в некоторых случаях они прокладывают путь для таких отрицательных явлений, как отмывание денег, которые воздействуют так же и на инициаторов санкций. Аналитик полагает, что ценовой порог на российскую нефть ждёт та же участь, что и прочие санкционные меры, а Россия сможет найти новые рынки, так как всё больше стран будут игнорировать санкции, воспринимаемые как проявление западного лицемерия. Обсуждая роль санкций в современном мире, Хаджехпур указал, на опасность замены дипломатических усилий санкционными механизмами. «Проблемы должны решаться через дипломатию, а не через санкции», – подчеркнул он.
#ПолитэкономияКонфронтации #нефть #санкции