Недавно в сети ходил популярный анекдот.
«Самый большой удар по Украине был нанесен в день саммита G20. А вы говорите, что президента России на саммите не было».
Что говорит мне о том, что эта умная шутка не имеет очков xp@n. Конечно, никто не может вам сказать, что это совпадение или что во время встречи G20 (в данном случае G19) планировался массированный артиллерийский обстрел Украины. Но это не имеет значения. Даже если это было совпадением (надо признать, что чудеса случаются), западные группировки все же получили четкий сигнал из Кремля. Этот сигнал посылается Западу, чтобы понять, во-первых, что у Путина благие намерения, а во-вторых, что у России есть ресурсы для реализации этих намерений.
Особый интерес на этой неделе вызвало заявление Объединенного комитета начальников штабов США генерала Марка Милли. Он поделился своими прогнозами развития ситуации в Украине этой зимой.
Генерал сначала сказал, что война больше всего замедлилась зимой, а потом сделал по этому поводу следующий вывод:
«Президенты Джо Байден и Зеленский говорят, что нынешний кризис должен быть разрешен политически, как только он может начаться».
Конечно, нам, несведущим в военном деле, не следует обсуждать военную стратегию с нашими генералами. Но даже далекие от военного дела люди быстро увидят в его рассуждениях два логических противоречия.
Первое противоречие: "начать переговоры в появившемся окне". Это возможно только в том случае, если конфликтующие стороны желают этого. Понятно, что пока такой потребности ни у Кремля, ни у Киева нет. Такие переговоры имеют смысл только в том случае, если одна из спорящих сторон придет к выводу о необходимости пересмотра прежних целей.
Второй парадокс: кто сказал, что боевые действия должны заканчиваться зимой? Я считаю, что ракета может взлететь и поразить цель даже зимой. Поэтому некоторым стратегам не стоит строить иллюзий или иллюзий.
По этой причине не следует неверно истолковывать позицию Кремля и последующие события. Наша главная задача – как можно скорее прекратить боевые действия в сердце Европы. Вот почему Москва так стратегически уверена, что никогда не позволит «зиме замедлиться».