Как уникальные твои следы,
Рванный поэтический подчерк,
Ему вечно нужен рыхлый песок,
Обилие оттопыренных мочек.
А люди ходят обычно по кругу,
Хромая ссутуло на асфальте,
Сбиваются не кстати в такте,
Отдергивая с пульса руку.
Словно укушенные в шею,
С малокровными жилами скисшими,
Рожающие спиногрызов,
Ещё более сизых и сникших.
Мало кто задирает штанины,
И не дышит, ожидая отбоя,
Босыми ногами по тине бредёт,
В тишине созерцая море.
Мало кто пишет слова на песке
С закатными комарами лютыми,
Считая шаги отпечатками,
Мизинцами криво загнУтыми.
Им не слышны волны ритмичные.
Люди бегают с рынка домой.
Лица-эконом, на вид апатичные.
И лишь мы не безымянные с тобой.
У них ипотеки, столичные билеты,
Вроде обуты, бутерброды согреты,
У нас несчастье, исчезли ласточки,
Тут комары, лейкопластыри, пятнышки.
Их глаза не глаза, словно мелом рисованы.
Им бы дать паруса, но они все распороты.
Комары их погубят мгновения за три.
Абстенуха и кровь - галька вместо асфальта.
Я конвейр с людьми созерцаю из окон,
Клею пластырь на круг - поцелуй комара,
Ты сейчас там ползешь по грязи средь утесов,
Все выше ради ласточкинового гнезда.
Грязный берег тебя целовал мокрой глиной,
Но ты делал, что сердце велит и дрожал.
И найдя птиц, живущих под небом крикливым,
Обернулся, не море внизу, а река.
Ноябрь 22. Пермь