Овечки Франсуа-Ксавье Лаланна впервые были представлены в Париже на выставке Salon de la Jeune Peinture 1965 года, став, возможно, самой узнаваемой его работой. По мнению самого автора, подобное высказывание было «нескромным и слегка неловким». 24 фигуры из овчины и бронзы произвели довольно сильное впечатление на парижском салоне, а критик Отто Хан писал позже в журнале l’Express, что кроме отары Лаланна на выставке не было ничего выдающегося: «Салон de la Jeune Peinture тем не менее содержит один сюрприз: стулья Франсуа-Ксавье Лаланна… он привёз целое стадо овец. Это самая удивительная вещь в шоу».
Мотивацией Лаланна стало стремление привнести деревенскую жизнь в Париж, находившийся на грани майских событий 1968 года, поколебавших консервативные основы страны. Флёр сюрреализма стада овечек был и лёгкой насмешкой, игривой критикой традиций буржуазии, чей стадный менталитет подражания и слепого следования друг за другом тонко обыгрывался в работе.
Вдохновившись успехом первой презентации, в 1970-х Лаллан создал несколько отар из овчины по спецзаказам частных клиентов – среди них Александр Иолас, Гунтер Закс и семья Трей. Ограниченным тиражом были выпущены овцы из чёрной шерсти, некоторые из них подарены другу Лаланнов, художнику Биллу Копли.
Овцы часто становились предметами садового декора, поэтому для придания им необходимой износостойкости Лаланн заменил овчину эпоксидной смолой. Новая серия получила название «moutons de pierre» – каменные овцы. Мордочки и ноги овечек все ещё были из патинированной бронзы. Следующим членом отары стали «mouton transhumant» – у таких овечек шея удлинилась, а фигура стала более изящной. Эта серия была расширена в 1994 году созданием «nouveau moutons» – в стаде появились бараны, овцы и ягнята. Несмотря на каменное и бронзовое исполнение, внешность приобрела более естественные черты, появился «семейный» нарратив.
Серия из трех чёрных баранов с бронзовой кожей «trois béliers» 1990 года была прообразом серии золотых овец, заказанных Питером Марино более десяти лет спустя, последней вариации мотивов золотого руна из мифологической истории Ясона. Девять «moutons de peter», овец Питера, величественно приветствуют гостей у входа в сад его Саутгемптонского дома. Марино участвовал в создании недавней публичной выставки Les Lalanne в Raleigh Gardens Майами-Бич, крупнейшей открытой публичной выставки работ семьи Лаланн.
Спустя более пяти десятилетий овца Лаланна превратилась в визитную карточку для коллекционеров искусства и энтузиастов дизайна. За неё предлагают рекордные цены на аукционах, она воплощает кульминацию современного стиля animalier, существуя на стыке мебели и скульптуры. Плеяда «мутонов» Лаланна переосмысливает традиционные границы, отделяющие искусство от мебели, ставя под сомнение эту вековую дихотомию. Необычайное разнообразие овец Франсуа-Ксавье Лаланна, каждая из которых уникальна, способствовало росту их популярности среди всё новых ценителей. Они поселились в домах многих известных коллекционеров второго поколения.