Личность Александра Великого довольно известна. Легендарный македонский полководец сумел обессмертить свое имя великими завоеваниями, подчинив едва ли не весь цивилизованный мир того времени. Простые люди нередко видели в могуществе Александра божье знамение. Но во что верил сам великий царь? Какое отношение он имеет к египетскому Амон-Ра или к ветхозаветному Яхве? Давайте попробуем разобраться.
Детство и юность Александра прошли в греческой культуре, поэтому нет ничего удивительного в том, что свой жизненный путь он начал с поклонения олимпийским богам, которым приносил жертвоприношения, надеясь на милость с их стороны. Но, когда отец Александра, Филипп, скоропостижно скончался, юноша сильно изменился. Если раньше его воспитывали в согласии с царской волей, то теперь Александр сам стал царем. Он посвящал свое время развлечениям и сражениям, зачастую совершенно забывая о духовной жизни. Более того, он ставил самого себя выше божественной воли. Так, Александр нарушил запрет на посещение Дельфийского оракула - жреца солнечного бога Аполлона, который прорицал будущее. В то же время Александр так сильно переживал о смерти Гефестиона, своего ближайшего друга, что своим указом возвысил его до греческих божеств, посвятив ему несколько храмов. Иными словами, Александр сам определял свою религию, не особо считаясь со взглядами других эллинов.
Но после победы над Дарием III, правителем Персидской державы, Александр встал во главе огромной территории, на которой проживали сотни самых разнообразных народов с собственными культами и верованиями. Некоторые из них относились к своей вере с особым трепетом. В первую очередь это касалось египтян, вся жизнь которых была посвящена лишь тому, чтобы заслужить себе вечную жизнь на Полях Иалу - загробном мире для праведников. Неслучайно все египетские фараоны считались воплощением одного из богов и неслучайно египтяне боготворили своих правителей. Александр поступил точно так же. В Египте он принял титул сына Амон-Ра, бога Солнца, таким образом уравняв себя с прочими фараонами. Однако египетские жрецы пошли дальше и посчитали Александра не просто сыном бога, но и самим богом. По всему Египту строились храмы в его честь, проводились церемонии богослужения и обращались молитвы в адрес еще живого правителя.
Пример Египта вдохновил Александра обожествить себя по всей империи, чтобы добиться абсолютной верности со стороны народа. Однако свободолюбивые греки, непривыкшие обожествлять своих правителей, серьезно этому воспротивились. Они не могли противостоять царской воле, но использовали формулировки, которые сводили на нет все усилия Александра. Спартанцы и вовсе постановили следующее: «если Александр хочет быть богом, пусть будет им». После чего возвели в его честь храм прямо в Спарте, который, правда, никто не посещал. В то же время Александр ввел аналог Олимпийских игр, посвященный непосредственно себе. Если Олимпиада была названа в честь Олимпа, на котором восседали греческие боги, то Александр назвал новое мероприятие Александриями. Впрочем, значительное недовольство было вызвано даже не столько желанием Александра себя обожествить, сколько его отречением от собственного отца, которое неминуемо возникало при подобном желании. Александр отрицал своих смертных родителей, прослеживая свое происхождение от различных божеств. Греки, которые всегда чтили своих предков, не могли ни принять, ни понять подобные желания.
Что же до Ветхого завета, о котором шла речь в начале статьи, то римский историк Иосиф Флавий провел собственное исследование и выяснил, что к Александру во сне явился сам Яхве - он же Бог-Отец в христианстве. Якобы Яхве открыл Александру тайны вселенной, поэтому правитель с большим почтением отнесся к иудейскому первосвященнику, когда вошёл со своим войском в Иерусалим. На этом Иосиф Флавий не остановился и заявил, что великий царь читал Книгу пророка Даниила и увидел на ее страницах самого себя.