Местное самоуправление царского Николаевска контролировало расходы правительственных учреждений, в том числе транспортные расходы для разъездов должностных лиц. В круг обязанностей входила и «организация работы транспорта». Конечно, слово «транспорт» в нынешнем понятии звучит слишком громко, в то время как речь идет о повозках, запряженных лошадьми. Но другого способа передвижения по уезду тогда не было.
«Организация работы транспорта» сводилась к простой гужевой повинности. Тем не менее, этот участок работы земства постоянно являлся головной болью для чинов самоуправления.
Дело в том, что существовало два способа гужевой или подводной повинности. Первый — содержание за счет земства станционных пунктов и необходимого в них количества лошадей для бесплатного проезда чиновников. Второй способ — те же станции, но деньги земство выделяло на разъезды непосредственно чиновникам. Что – то вроде командировочных расходов. Применить можно было только один из двух способов и ни в коем случае оба одновременно. Такое существовало положение.
Они были несовершенны, поскольку располагали к злоупотреблениям. Руководители земства боролись с казнокрадством. Только с I887 по 1905 годы они пять раз меняли способы передвижной повинности, но это практически ничего не меняло. Чиновникам выдавали деньги на проезд. Они их брали, но в большинстве случаев тратили на содержание своих лошадей, а на земские экипажи пересаживались только во время распутицы и плохого состояния дорог. Таким образом, деньги до содержателей станций не доходили, и опорные транспортные пункты приходили в упадок. При переходе на бесплатный проезд появлялся другой вид злоупотреблений.
Вот документальные факты, изложенные в отчете Николаевской уездной земской управы за 1906 год «…приставы и их нарочные требуют лишних лошадей сверх определенного им числа. Благодаря бесплатной системе посылка чинам полиции нарочных увеличилась до такой степени, что их передвижение, наконец, приняло форму почтовых отношений между полицейскими чиновниками. Тем не менее, очень много жалоб проезжающих на недостаток лошадей на станциях и на неисправное содержание станций. Полицейские чиновники требуют для себя по тройке лошадей, для нарочных — по паре, заставляют везти через попутные станции».
В отчете следует вывод: «Таким образом, из всего перечисленного видно, что система отбывания подводной повинности поставлена неудовлетворительно …»
Николаевская земская управа несколько раз обращалась к Самарскому губернатору с просьбой умерить пыл чиновников к разъездам, но «…излишние разъезды, неправильное использование продолжалось и продолжается до настоящего времени». Не получив действенной помощи из Самары, земская управа обратилась в Министерство внутренних дел Империи с ходатайством выделить местной казне хотя бы 18 тысяч рублей для покрытия расходов земства на разъезды чиновников. Из министерства был получен отказ ввиду «…обременения казны вследствие расходов на надобности войны с Японией». Обращения управы непосредственно к чиновникам с просьбой уменьшить транспортные расходы не нашли отклика. Более того. Некоторые чиновники потребовали даже увеличения средств.
Здесь следует сказать, почему земство уделяло такое внимание чиновничьим разъездам. Дело в том, что расходы на их передвижение по уезду составляли почти пятую часть от всей сметы местных расходов. Остальные деньги приходились на нужды образования, здравоохранения, поддержку сельского хозяйства и т.д.
По материалам из архива Г.Н. Аристова