Староверам-начетчикам хорошо знаком традиционный взгляд на дьявола как на «отца лжи», но это не помешало проникнуть в памятник представлениям о всеведении бесов: «хотя он ложь есть и лжи отец, но принужденный и нехотя изрекает истину». Бесоодержимые используются как надежные информаторы, как источники достоверных сведений о потустороннем мире, о загробной участи умерших. Бес сообщает, что один погибший на войне попал в ад из-за матерной брани (косвенное указание на строгий запрет матерщины); а другой, живший неблагочестивой жизнью, спасся, поскольку утонул и «вода его очистила». Неожиданная участь грешника объясняется архаическим, но актуальным представлением о сакральных свойствах воды.
По свидетельству Патерика, бесы как источники информации использовались даже атеистическими властями. В 1920-е гг., во время голода, ходили комиссии в поисках укрываемого хлеба. «И вот когда ходили власти по домам, выгребали и отнимали хлеб в голодный год ,спросили у Иякова: есть ли или нет у Анны хлеб спрятанной». Он сказал: «Есть», вот там». Но не обо всем хлебе мог сказать- что спрятан с молитвой, того и он не видел».
В этом эпизоде упоминаются те, с кем авторы старообрядческого сочинения связывали истинное зло. Бес не так страшен, против него есть испытанные средства христианской магии, его можно даже использовать для поддержания благочестивой жизни. Главной угрозой спасения предстают атеистические власти и отсутствие веры.
В Урало-Сибирском патерике описан разгром скитов в 1951 г., который сопровождался уничтожением книжных собраний, арестами пустынножителей с последующим заключением в лагерях. «Зверообразный» облик представителей НКВД, участвующих в погроме, весьма напоминает образы бесов древнерусской литературы.
В представлении авторов-старообрядцев именно атеисты, не признающие «никаких сверхестественных действий и чудес и не исповедающие быти Бога и никакого духа, ни добраго, ни злаго, то есть ни ангела, ни души, ни беса», и являют собой истинное зло.