Друг в России служит исповедником и психотерапевтом. Это на Западе, где все за деньги, постепенное отмирание религии привело к расцвету платных бесед на кушетке - у нас для болезненных откровений, «слава Богу, есть друзья».
Итак, неразлучная пара офисных москвичей замутила на выезде с кочевыми ленинградками. Схема «два друга сняли по девчонке и теперь выносят друг другу мозг сомнениями, подозрениями, признаниями и чувством вины» уже отработана Тодоровским в его втором фильме «Любовь» - но тогда он был вдвое моложе, не имел дурного опыта и не примешивал к чувствам обман или ожидание обмана. Иное дело теперь. Половину фильмов Валерий Петрович снимает о себе - чем и объясняется невиданный градус чувства, отчаяния и мерзости реплик оскорбленного самца в, казалось бы, банальной истории о двух адюльтерах, женском и мужском. У фильма эпиграф «Посвящается Жене», и ударение, кажется, можно ставить на любом слоге: Евгения Брик умерла 10 февраля, за две недели до больших событий - кажется, давным-давно, а и года не прошло.
Один из друзей, живчик и волокита, в очках и с расчесом надвое особенно похож на самого Тодоровского, да артист Петров, похоже, его и играет. Другой, семейный резонер, исполнен Данилой Козловским с обманчивой рассудительностью. Как вечно бывает в жизни, друзья поменяются ролями: бесстыдник до гроба влюбится в девушку легкого нрава (Елизавета Базыкина), оседлого потянет с жены на малахольную (Ирина Старшенбаум). Жену с блеском исполнит Анна Синякина, игравшая внучку «Ворошиловского стрелка», когда о Петрове с Козловским еще и слуха не было. Девять серий гнева, обид, советов постороннего, рейсов в Питер и назад - все, что обычно становится сюжетом хиханек имени сочинителя Цыпкина, явно пережито авторами лично и потому к раблезианскому веселью не располагает. Контроль сегодня облегчен до неприличия, трефная информация добывается тремя кликами, только что потом с ней делать, - и выясняют друзья.
Это уникальный случай, когда герои не торгуют наркотой, не ловят вампиров, не живут во дворцах и коммуналках и не возмещают загулом детдомовское прошлое, а значит, не представляют интереса для львиной доли сценаристов и зрителей - и притом их амуры все равно цепляют, потому что не заимствованы из сборника анекдотов про рога и рыбалку. Все через себя пропущено, все клеммы к нервным окончаниям.
Вот у изменницы в телефоне записана куча Лер, которые оказываются Валерами, - уж не из личного ли опыта Валерия Петровича фишечки? А вот костюмированная гулька в стиле 60-х - ну из «Стиляг» же и «Оттепели» взято! А истероидные пляски на теплоходе - из «Одессы». А вот вместе посмотренный фильм Трюффо, где жена мужа за измену стреляет (речь, конечно, о «Нежной коже»), - так ведь и в «Подмосковных вечерах» трюффовские «Жюль и Джим» цитируются, очень этот автор Тодоровскому близок. Потому что тоже про отношения, а не про вампиров под наркотиками.
Узнаваемо здесь все.
И как болезненно любимая начинает мерещиться в каждой встречной женщине.
И как ревность обращает здравых людей в уродов с паскудными речами (Боже, какой дрянью выглядят в этой ситуации лучшие и суперские Миронов в «Любви», Янковский в «Любовнике» и Петров в «Надвое»!).
И сквозной ритуал сдачи ключей и айфонов в лоток при
челночных ездках в Питер и назад.
И обязательный в разговорной драме словесный пинг-понг.
« - А вот вам нравится фон Триер? - Очень. - А что конкретно из него? - Фильмы».
« - Как поездочка? - Супер. Глава банка в розыске, мы свидетели. - Романтика!»
« - Нет, Гриша, это не штамп. Штамп - то, что все москвичи подвинуты на деньгах, а питерцы сплошь мегакультурные».
Один киевский художник (давно дело было, когда там еще художники были) отходил от законченной работы и довольно резюмировал: «Оплачено». Ну то есть: изнутри, не за так.
Оплачено, Валерий Петрович.
В вашем случае - втридорога.
«НАДВОЕ»
2022.
Реж. Валерий Тодоровский.
more.tv