Сегодня бумажный кораблик Детства снова несет меня по волнам памяти к берегам беззаботной поры...
Мои воспоминания о тех днях - такие мягкие и согревающие, как густая нежная шёрстка героя моего рассказа...
У него были роскошные "бакенбарды", аккуратные ушки с маленькими щегольскими "кисточками", выразительная белоснежная полоска на переносице... И - столь энигматичные миндалевидные глаза оттенка нефрита. Или лучше- светлого винограда... Его пышная серо-бурая шуба с едва различимыми полосками и бежевой "подпушкой", богатый меховой хвост и короткие толстые лапки делали моего пушистого приятеля похожим на дикого родича-манула. Но ярко и тонко очерченные кипенно-белые "носочки", элегантно скрывавшие опасные "цап-царапки" (ах, и та примечательная - словно сметаной намазанная- полоска на носу) придавали его лесной наружности уютный, "домашний" колорит.
"Сибирский!"- не раз доводилось нам слышать вслед от случайных прохожих, угадывающих северное происхождение моего дружка... Это - когда вместе с ним мы неспешно шагали по тротуару к моему подъезду...
"Ишь, какой кавалер у тебя - с усами, с бАчками!"- нередко нахваливала моего хвостатого спутника мужеподобная, габаритная дворничиха, за свою специфичную наружность островато прозванная местными жителями "Маней-Ваней". На что, впрочем, та не обижалась. (О ней расскажу чуть позже).
Хвостатый "Кавалер"... Я им гордилась!)
Пожалуй, ему подобало чинно шествовать по золотой цепи вокруг сказочного Лукоморского дуба и исполнять на древнем языке загадочные песни...
Но он вел скромный образ жизни, обитал в сумрачном подвале старого трехэтажного общежития на улице с нестареющим названием - "Пионерская"- и предпочитал оставаться молчаливым... Делая, однако, исключение для меня.
Старушки на скамеечке поговаривали, что когда-то у него был дом и хозяйка...
Но он так и не успел поведать мне о своем прошлом, оставшись навсегда живой загадкой.
Общались мы с ним в основном мысленно. Верьте или не верьте, но это факт, а не фантастика.
Вот как началась наша пушистая история.
Мне было девять. Как и многие дети, я питала горячую симпатию ко всем четвероногим. Собственных питомцев у меня тогда не было, хотя мечты о собаке, подобно тому Малышу из сказки о Карлсоне, мне были присущи.
Это ныне, с позиции человека зрелого, считаю абсолютно мудрым решение родителей не заводить животное до моего основательного взросления. Ну, а тогда... огорчалась, что ждать заветного обретения так долго.
Пару раз в месяц, впрочем, я регулярно гостила у крестной, и считала ее питомцев - волкоподобного пса Султана и дымчатого "гуляку-мурлыку" Барсика - немножечко моими.
Но все то было, как бы точнее изречь - понарошку.
А вот нечаянная встреча с Кусем подарила мне особый, чудесный опыт...
*
Познакомились мы, как водится, случайно.
Я направлялась из школы домой, настроение было омрачено переживаниями о здоровье тяжкоболящей моей Бабушки, да еще и - внезапной атакой со стороны недружелюбного одноклассника, случившейся на перемене...
Усилием воли сдерживая подступающие слезы, от которых в носу щипало и становилось трудно дышать, я пыталась отвлечь себя мыслями о хорошем. Но хорошее упорно не приходило на ум, словно спряталось куда-то.(
Даже школьный портфель казался невыносимо тяжелым, хотя содержимое его было стандартным: три учебника, пара тощих тетрадок и еще - не съеденная с утра парочка толстенных двойных бутербродов с колбасой, заботливо упакованных Мамой в импортный целлофановый пакетик... Недурная мысль: выложить бутерброды на травку у бордюра - вдруг кому-то из безнадзорных братьев меньших он окажется нужнее.
А мне - эх, хоть на четверть кило будет полегче... Итак, мой несостоявшийся школьный завтрак, извлеченный из пакета, занял место в уголке цветника, у торца довоенной трехэтажки, что в сотне метров от моего дома...
И вдруг, в этом затененном ветвями лип и кленов дворике, в квадратном подвальном окошке трехэтажной общаги, мелькнули матово-зеленые фонарики глаз.
"Кис-кс-кс!.."- машинально позвала я.
На несколько секунд кошачьи "светляки" погасли... и зажглись вновь, медленно приближаясь и проявляясь все четче.
"Кс-кс!.."- продублировала я "классический" призыв...
А вот интересно, откуда вообще кошки знают, что они - "кисы"?..)
И тут ОН материализовался из подвального мрака... Гипнотизирующе глядя мне в глаза своими - нефритовыми лУнами - он грациозно ступал (плыл!) по выцветшей осенней травке навстречу мне.. Задорно вскинув восхитительный хвост, тихонько произнес что-то на своем наречии и, совсем не обращая внимания на мои бутерброды, уверенно приблизился ко мне ...
"Киис ... кисууля..."- я осторожно протянула руку навстречу пушистому красавцу, и он, благосклонно подставляя моей ладони серый лоб и косматую спинку, тихонько, нежно и заливисто "запел"...
"КИС"- а ведь такое имя, кажется, носил отец первого библейского царя Саула...
"Киис..."- присев на корточки, я легонько трепала его за ушком, а он доверчиво прильнув к руке, распевал свою древнюю песнь. И, не отводя от моих глаз своего фантастического взгляда, умильно потянулся лапками ко мне на руки... Словно знал меня сто лет.
"Смотри - вот тебе колбаса, - напомнила я об угощении, указывая на краешек клумбы.- Вот, бери"...
"Неее.. нееммм"- с достоинством, мягко и выразительно произнес мой нечаянный друг, тщательно обтирая меховые щеки о мое желтое пальто и о буро-малиновый портфель...
Охряно-желтый кленовый лист сорвался с ветки и, невесомо скользнув по косматому боку Кота, артистично "вырулил" и упал между ним и мною. Как отпечаток ладони золотой Осени...
Я подняла листок (он был таким безупречно красивым!) и бережно уложила его между страничками учебника по русскому языку. У меня таким вот образом все учебники за год нечаянно превращались в изрядный импровизированный гербарий.
Серый чихнул и облизнулся: мелькнули маленькие чистые клычки.
"Куусенька", - эдак банальный "Кис" почему-то трансформировался у меня в смешного, позитивного "Куся"..
"Ты проводишь меня до дома?"- мысленно спросила его я.
Дивным образом услышав мой вопрос, Кис-Кусь вдруг отбежал чуть вперед, оглянулся и направился прямиком в сторону моего жилища...
"Не, ну ты смотри-ка, ну и ну!" - послышался за спиной грубоватый, но восторженный голос проходившей мимо странноватой дворничихи Мани-Вани. Я взгянула на нее. Никто доныне не видел, чтобы Маня-Ваня так нежно и женственно улыбалась.
"Да ведь он же ж - ДИКИЙ! Ото всех убегает, шипит как зверюга, а к тебе - вон как! - продолжала изумляться дворничиха. - Ну и ну... Ты его заколдовала, что ль?.."
Да уж скорее - он меня!..
*
Маня-Ваня снимала служебное жилье в общежитии, подвал которого облюбовал для ночевки и охоты на мышей мой новый знакомец.
Дворничихе было чуть за сорок, она была одинока, угловата и "андроморфна"; всегда носила только мужскую одежду и делала короткие, под бобрик, стрижки. Изредка по выходным Маня-Ваня собирала публику в соседнем дворе, распевая то частушки, то старинные жалостные песни (непременно - от мужского лица) и весьма неплохо аккомпанировала себе на баяне...
"...А я мальчик на чужби-и-не - позабыт от людей..."
*
В тот день Маня-Ваня увидела нас вместе с Кусем впервые.
"А у меня был похоженький, когда я махонькая у тетки жила в деревне. Потом меня в детдом определили", - вдруг разоткровенничалась женщина-дворник. Она коротко и едва заметно всхлипнула, поспешила отереть слезинку и снова широко, дружелюбно улыбнулась. Оказалось, что улыбка у нее очень даже приятная, мягкая, симпатичная, солнечная...
И никакая она вовсе не хмурая Маня-Ваня, а - вполне миловидная Марьяна Ивановна...
Я понимающе кивнула и , ускоряя шаг, направилась к своему дому.. Кусь бежал впереди и оглядывался, проверяя, иду ли я за ним...
Он семенил вприпрыжку по направлению.. точно к моему подъезду! К дому человека, которого видел впервые..
"Откуда ж ты знаешь-то, где я живу?"-мысленно недоумевала я.
"Мммы такие, много чего знаеммм"- отвечал мой новый товарищ то ли взглядом, то ли голосом...
Я обернулась: Маня-Ваня стояла посреди широкого двора и... мечтательно разглядывала букетик из осенних листьев.
"В банку их поставлю дома - красивые!"- вдруг заметив мой взгляд, весело крикнула издалека Марьяна Ивановна. И ее добрая улыбка, озарившая простоватое лицо, показалась еще симпатичнее...
По дороге мой "лукоморский" когтистый спутник даже успел убедительно "отшить" воинственным шипением уличного пса, заинтересовавшегося моим портфелем, хранившим следы запаха колбасы...
На лавочку у моего подъезда я поставила портфель, чтобы достать из него ключи; они глухо звякнули, но оставались недосягаемы, провалившись куда-то за подкладку... Села на лавочку, чтобы удобнее было искать...
Кис-Кусь учтиво уселся рядом, выразительно зевнул... Перелез ко мне на колени, осмысленно (пожалуй - заботливо!) взглянул в мои глаза и снова запел... Так мелодично и упоенно!..
На несколько минут оставив попытки поиска ключей, я погрузила озябшие пальцы в его пышный мех.. И таким чувством покоя и уюта наполнилось сердце!.. Словно там, в неведомых глубинах души, поселилась добрая пушистая сказка...
(Продолжение следует)