Поучаствовав в нескольких командах, в том числе в группе Литтл Ричарда, Хендрикс творчески окончательно обрел себя в Британии, прибыв туда по настоянию Чэса Чандлера, заявившего, что «американцы туги на ухо, и ни черта не смыслят в гитарной музыке».
В Лондоне гитарист повстречал единомышленников – басиста Ноэля Реддинга и барабанщика Митча Митчелла, с которыми организовал JIMI HENDRIX EXPERIENCE.
Реддинг и Митчелл стали важной составляющей ансамбля : при том, что на концертах Хендрикс постоянно менял ритм, и всячески импровизировал , оба музыканта превосходно за ним успевали, и группа звучала , как единое целое.
По свидетельствам современников, при жизни Джими вовсе не являлся тем нерушимым рок-столпом и гитарным идолом, каким его сочли позднее : это был неутомимый экспериментатор и изобретатель, всегда стремившийся к неведомым горизонтам творчества и познания.
Соединив в своей музыке традиционные американские стили, психоделию, собственные новаторские ходы, и приправив это ядреное зелье феноменальной взрывной гитарной техникой, а также мотивами индейских сказок и фантастических историй, Хендрикс полыхнул на музыкальном небосклоне Туманного Альбиона, подобно диковинному зареву, ошеломляя общественность невероятным звуком, который он извлекал из недр своей гитары, играя с непомерной для тех времен громкостью почти на грани болевого порога, и бешеной экспрессией.
При этом музыкант был многогранен в своих изысках, сочиняя такие хищные, жесткие композиции, как «Purple Haze», «Foxy Lady», «Vоodoo Child» и одновременно «Wind Cries Mary» , «Little Wing», или «Burning of the Midnight Lamp», причем часто в спокойных вещах его уникальная техника игры становится более очевидной.
Продюсер Алан Дуглас вспоминает, что «Джими всегда носил с собой фантастические книги и разного рода материалы о потустороннем мире. Думаю, он считал себя инопланетянином, и жил так, словно был одной ногой в этом мире, а другой – в ином…
Хендрикс изменил концепцию, полагаю, это самое главное. Он изменил «атакующий» стиль гитаристов, их представления о том, что можно сыграть на гитаре, а что – нельзя .Можно слушать его записи снова и снова, но никогда нельзя быть точно уверенным в том, куда он надумает повернуть».
На счету гитариста было множество резонансных выступлений, в том числе грандиозный концерт в Вудстоке, но его выпад на Монтерейском фестивале и по сей день остается чем-то особенным. Отрекомендованный Полом Маккартни для участия в этом масштабном мероприятии, Джими устроил поистине сногсшибательное представление.
Перед Experience блестяще отыграли the Who, сопроводив свой сет сценическими бесчинствами Таунcенда и Муна, но Хендрикс не мог оставить сцену за британскими стилягами. Ошарашив зал собственным материалом с первого альбома и некоторыми каверами, в конце выступления, поколдовав над гитарой, Джими поджег ее, и тогда почудилось, что душа инструмента, оглашающего пространство предсмертным воем, взмывает ввысь….
Дж.Хендрикс: "Всё, что я пишу — от сердца. Всё очень искренне. Это обнажает мою душу" .
«Ты должен быть немного сумасшедшим, чтобы идти дальше. Сумасшествие — это как дорога в небо».
«Моя цель — единение с музыкой. Я просто посвящаю этому искусству всё в своей жизни».
«Ключ к моей поэзии — воображение. И немного научной фантастики».
«Мы называем нашу музыку электрической церковной музыкой…, потому что для нас она как религия».
«Роскошь? Нет, мне бы вполне хватило палатки у горного ручья».
Коллеги о Хендриксе :
Б.Мэй : « Мы с Фредди были большими почитателями Хендрикса. Хендрикс, по сути, изменил наши жизни…особенно мою ».
П.Таунсенд : «Джими был настоящим алхимиком».
Дж. Бек : « После того, как появился Хендрикс и сделал, то, что сделал, все мы стали выглядеть, как компания пришибленных библиотекарей».
П.Маккартни: «Сержанта» выпустили в пятницу, а уже в воскресенье Джими Хендрикс открыл концерт в Сэвил-театре "Сержантом Пеппером". Для меня это стало важным свидетельством признания. Я был поклонником Джими, он разучил эту песню за каких-нибудь два дня».