1) В 2007 году в Институте медицинских исследований Файнштейна на Лонг-Айленде Кеннет Камлер, врач с мировым именем, работавший в экспедициях на Эвересте, наблюдал за экспериментом, во время которого погрузившегося в емкость со льдом Хофа подключили к кардиомониторам и мониторам крови. В начале эксперимента возникло серьезное препятствие. Типовые больничные устройства, отслеживающие дыхание, уже через две минуты пребывания Хофа во льду показали, что он умер. Аппарат запутался, потому что Хоф ни разу не вдохнул, а пульс в состоянии покоя составлял не более 35 ударов в минуту. Хоф, однако, не умер, и Камлеру, чтобы продолжать эксперимент, пришлось отсоединить датчики. Хоф сидел во льду 72 минуты. Результаты были поразительными. Внутренняя температура у Хофа сначала снизилась на несколько градусов, а затем вновь повысилась. Это стало первым научным подтверждением метода Хофа.
— Как именно объяснить это, зависит от того, какую философию вы исповедуете, — сказал Камлер, когда я позднее разыскал его по телефону. Он сослался на такие же техники, туммо или иллюзорное тепло, что показывают тибетские монахи: они изменяют температуру тела с помощью дыхания и создания ярких зрительных образов тантричестких божеств. — В конечном счете, — заявил он, — все сводится к тому, как Хоф использует свой мозг.
2) Исследователей из Университета Маастрихта в Голландии интересовало, связаны ли способности Хофа с высокой концентрацией богатой митохондриями бурой жировой ткани, или бурого жира.
Эта малоизученная ткань быстро разогревает организм, метаболизируя источник его топлива: обычную белую жировую ткань. Именно благодаря бурому жиру младенцы — у них нет мышц, которые помогают согреться большинству взрослых, — не умирают от холода в первые же месяцы жизни. Бурый жир, как правило, почти полностью исчезает еще в раннем детстве, но биологи-эволюционисты полагают, что, возможно, у первых людей концентрация этой ткани была выше и они могли противостоять экстремальным условиям окружающей среды.
3) Возможно, бурый жир — именно та недостающая органическая структура, которая отделяет человека от мира природы. Белый жир накапливает тепловую энергию, получаемую из пищи. Обычно организм сжигает ее только в крайнем случае. Потому-то так сложно избавиться от складки жира на талии, ведь организм запрограммирован запасать энергию. Даже во время интенсивных регулярных тренировок организм сначала сжигает мышцы и лишь потом использует белый жир как источник энергии. С бурым жиром все иначе. У большинства людей, когда они попадают в условия холода, он образуется непроизвольно, в процессе, который называется «побурением». По сути, организм отслеживает наличие экстремальных физических условий и начинает запасать митохондрии. Когда бурый жир активируется, митохондрия поглощает белый жир через кровь и в процессе обмена веществ сразу же превращает его в тепловую энергию. А поскольку большинство людей во что бы то ни стало избегают попадания в экстремальные условия окружающей среды, бурый жир у них и вовсе не образуется. Если бы мы обходились без одежды, как, должно быть, делали наши далекие предки, то, чтобы пережить зимние месяцы и холодные ночи, нам приходилось бы полагаться на присущие бурому жиру свойства.
4) Пока мы сидим в сауне, я расспрашиваю Хофа, как можно произвольно активировать бурый жир. Вместо объяснений он наглядно показывает.
Хоф по очереди сокращает все мышцы тела: от пальцев ног до попы, а потом оттуда до плеч — кажется, будто он проталкивает что-то снизу вверх. Затем он хмурит лоб и сгибает шею, словно хочет удержать эту энергию в точке за ухом. В результате этого процесса его кожа краснеет, как будто он горит.
Вдруг он, резко вытянув ногу, привалился к стене, ловя ртом воздух.
— О, господи! — проговорил он, обмякнув. Горя желанием передавать знания, он не учел в сауне жара и перегрелся. Пошатываясь, он вышел и начал кататься по снегу. Некоторые из нас, его учеников, обменялись озабоченными взглядами, но минут через 15 он вернулся, смущенно улыбаясь.
— Вот как это делается. Но пробовать нужно только на холоде.
5) Сняв рубашку, я начал понимать, как чувствовали себя наши древние предки в таких походах. С трудом продвигаясь вперед, я не ощущал обжигающего холода, как перед тренировками в лагере. Все то тепло, которое я вырабатывал, прикладывая усилия, казалось, не покидало пределов моего организма, будто вместо кожи на мне был гидрокостюм. Я чувствовал холод, но он не проникал внутрь. Я не дрожал. Зато я сосредоточился на точке за ушами, которая, по словам Хофа, помогает активировать бурый жир и направляет потоки тепла по всему организму.
Я пытался повторить то, что Хоф на моих глазах проделал в сауне. Я напряг мышцы, сосредоточил свое сознание — и вскоре начал потеть.