— Сколько студентов обучаются в вузе? Сколько из них представителей других национальностей и процент иностранцев?
У нас обучается около 16000, конечно, считать национальности – это не наша задача, но в университете представлены все крупнейшие национальности РФ: это безусловно и сибирские народы, народы Северного Кавказа, русские, украинцы, белорусы, татары и т.д. Я не могу сказать общее количество представленных национальностей, но можно сказать, что это практически все крупные народы и народности и некрупные тоже. А если вести речь о проценте иностранцев, что является важным показателем, то сейчас это около 4%.
— Как вашему университету удаётся поддерживать дружескую атмосферу среди них?
Это постоянная работа: в университете есть проректор по молодежной политике и социальной работе, этот вопрос как раз в его ведении. Реагировать приходится практически в ежедневном режиме, могут возникать какие-то проблемы, вопросы у молодежи, но надо сказать, что это не имеет какого-то самодавлеющего характера, что есть какое-то напряжение. В вузе его нет, я не чувствую.
В университете работают диаспоры, например, северокавказских народов, периодически мы проводим межнациональные фестивали, встречи, где ребята знакомятся друг с другом и сближаются. Надо сказать, что это очень полезно. Если появляются сложности в учебном процессе с русским языком или может быть с какими-то другими вопросами, то такая помощь сразу же оказывается.
Также мы через студенческие коллективы и студенческие организации видим таких студентов и безусловно помогаем им. Более того огромную роль в этом процессе играют родители – они иногда приезжают, и мы с ними беседуем. И особо хотел бы выделить роль постпредств, например, наиболее активным является постпредство Чеченской республики, Ингушской республики в Москве, и их представители поддерживают с нами ежедневное сетевое взаимодействие, что и создает в университете благоприятную среду для межнационального общения. Бывают, конечно, у нас и различные сигналы и вопросы, но самое главное уметь их предвидеть, а если это произошло, то решать оперативно. Важно, чтобы не было почвы для национальной ограниченности, для межконфессиональной розни. Мы также не забываем о том, что РГГУ, как и все вузы нашей страны, светское учреждение, поэтому студенты, которые к нам поступают, это понимают, если вести речь на предмет отправления каких-то религиозных культов.
— Проводит ли ваш Университет мероприятия для сохранения и поддержания традиций других народов?
Это студенческий фестиваль культур, в котором активно принимают участие северокавказские народы. Студенты демонстрируют танцы, песни, кулинарное искусство, участвуют в научно-практических конференциях, то есть осваивают и теорию, и практику о многонациональном государстве и взаимоотношении народов в нем.
Также один из очень интересных мероприятий - круглый стол «Гуманитарное измерение политики России в отношении малочисленных коренных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока», в рамках которого ученые обсудили задачи по сохранению языков, культуры и традиций народов Севера, Сибири и Дальнего Востока. Таких научных мероприятий тоже очень много. Активно в данном направлении работают все научные структуры университета, наши фольклористы, культурологи, музеологи, историки, антропологи и социологи.
— Как вы считаете, насколько важно сохранять историческую память?
Я считаю, что это очень правильный вопрос. Историческая память – это та цель и задача, которая не полностью выполняется мероприятиями от раза к разу: должна быть выстроена четкая система как в стране, так и в вузах, ведь это возможно наладить в отдельных учреждениях только если в стране в целом эта работа ведется систематически, искренне, с большим количеством участников, а главное - со знанием дела. Ведь историческая память это в первую очередь хорошее знание истории, например, истории Великой Отечественной войны – «Диктант победы» стал составной частью исторической памяти наших граждан. Также это знание гуманитарных дисциплин в целом: философии, истории, многих вещей, связанных с международными отношениями и зарубежным регионоведением.
И что чрезвычайно важно понимать в этом отношении – это вопросы историографии, т.е. мы должны отдавать отчет, что не все ВОВ воспринимают сегодня в Европе и мире так, как воспринимаем ее мы. Нужно искать корни этого явления, уметь отстаивать и противопоставлять свою точку зрения, и конечно же бороться с фальсификацией. Нам сегодня в этом помогает большое количество открытых и открывающихся архивных документов, соответствующих публикаций, а у РГГУ есть еще одно преимущество – наличие мощного Исторического факультета. Историческая память формируется комплексом гуманитарных наук, но и не нужно забывать, что естественно-научное знание тоже принимает в этом участие – все должно быть гармонично и взвешено. Например, история науки, без нее мы не будем знать ничего о ядерной энергетике в полном объеме в нашей стране, об истории вооружения и военной технике, самолетостроении и т.д. А это все память: у нас были и есть хорошие самолеты – у них было хорошее начало во второй половине XX века, атомные электростанции тоже берут там начало – если этого не знать, то, конечно, притупляется историческая память. И залогом всего вышесказанного является высококачественное преподавание данных дисциплин, и здесь от руководства высшего учебного заведения зависит очень многое, если не сказать все: качество образовательного процесса нужно неуклонно повышать, опираясь на молодежь в преподавательской среде.