Неуверенно мялся, стоя у подъезда, Мы смотрели влюбленно друг другу в глаза. Романтично пустое безлюдное место Разбавляла очей уж твоих бирюза. Я дрожал с мимолетно-затмившего страха, Целовать мне хотелось тебя как луну И ласкать, упрекая задЫмленность мрака, Постигая душевную всю глубину. Безутешно расплакалась тонкая ива, В одиночество втянут был желтый фонарь, Ну а ты как осенняя чаща - красива, Драгоценна как горный балтийский янтарь. Целовались тогда мы до утренней зорьки, До рассвета краснела звучащая тишь. И смотрели на нас обезмолвленно шторки, И для нас распевался пронзительно стриж.
Неуверенно мялся, стоя у подъезда,
Мы смотрели влюбленно друг другу в глаза.
Романтично пустое безлюдное место
Разбавляла очей уж твоих бирюза.
Я дрожал с мимолетно-затмившего страха,
Целовать мне хотелось тебя как луну
И ласкать, упрекая задЫмленность мрака,
Постигая душевную всю глубину.
Безутешно расплакалась тонкая ива,
В одиночество втянут был желтый фонарь,
Ну а ты как осенняя чаща - красива,
Драгоценна как горный балтийский янтарь.
Целовались тогда мы до утренней зорьки,
До рассвета краснела звучащая тишь.
И смотрели на нас обезмолвленно шторки,
И для нас распевался пронзительно стриж.