Рубрика: вопросы священнику
Есть слова в молитве Богородице "Не имамы бо иныя помощи, ни инаго предстательства, ни утешения, токмо Тебе, о Мати всех скорбящих и обремененных!" Правильно ли это? Ведь Библия учит, что Христос начальство над всем. Христианин разве не должен в первую очередь рассчитывать на Христа, на милость Божию, на искупающую кровь Христа? А Богородица это только наша сомолитвенница?
Глеб В.
Здравствуйте, Глеб!
Действительно, Вы правы в том, что вся наша вера, все наше упование, все наше стремление должно быть христоцентрично. Часто бывает так, что люди, называющие себя христианами, верующими во Единого Бога все свое христианство заключают в том, что обращаются к каким-то внешним предметам, связанным с какими-то святыми. Дальше песочка от могилы какой-то святой или частички какого-нибудь дерева, посаженного каким-то подвижником не идет их вера и упование. Иногда бывает так, что придя в дом какого-нибудь человека, называющего себя глубоко верующим христианином, можно увидеть много икон различных святых, но не увидеть или увидеть совсем маленькую где-то стоящую на периферии иконочку Господа нашего Иисуса Христа. И действительно это не может являться подлинной христианской верой, подлинным христианским упованием. Но Ваше недоумение, я думаю, разрешается не столько логическими утверждениями, сколько сердечным пониманием нашей христианской веры. Действительно, протестанты считают, что незачем молиться об усопших, незачем молиться святым, ведь Бог и так все знает, все ведает. Они правы по-своему, поскольку не имеют опыта жизни в Единой Соборной и Апостольской Церкви, где все – члены Тела Христова. Где Глава – Христос, а мы все – и святые, и Божия Матерь, и жившие когда-то люди, разлучившиеся с телом, пребывающие у Бога, и люди еще ныне живущие в теле, для которых еще предстоит переход в жизнь вечную – составляем Единую Святую Церковь. Когда болит один член тела, какой-нибудь маленький пальчик, то страдает все тело. Поэтому для подлинного христианина связь любви со святыми является живой, действенной и вполне естественной. То, что Вы привели как цитату, не единственное в церковной гимнографии. В текстах, с которыми мы можем встретиться в некоторых молитвах к святым говорится: «К кому прибегну? токмо к тебе…» и называют имя какого-то святого. Это в первую очередь живая связь с той личностью, к которой мы сейчас обращаемся, связь любви друг с другом в Церкви Христовой. Когда мы общаемся с каким-то человеком, то он для нас сейчас является той личностью, с которой мы имеем связь: духовную, связь в общении. Как говорил один из недавно почивших богословов: «Самый главный человек в твоей жизни тот, с кем ты общаешься в данный момент». Вот в момент молитвы мы общаемся с Божией Матерью или со святыми. Мы просим конкретного человека, который стал святым и имеет у Бога возможность молиться за нас, помогать нам. Поэтому мы в данный момент просим Божию Матерь, чтобы Она была нашей Ходатаицей, нашей Помощницей. Это более понимаемо сердцем. Это духовно-поэтическое обращение в любви, надежде, вере на то, что Божия Матерь, святой угодник Божий может помочь нам, потому что хочет этого. Потому что в дни своей земной жизни он или она учились любить Бога и ближнего, и после разлучения с телом, Господь даровал еще больше благодати человеку, святому любить и помогать. Поэтому здесь, я думаю, стоит с каких-то догматическо-богословских позиций спуститься на живую, реальную связь любви, действуемую в реальном общении в Церкви Христовой. Когда мы так молимся, мы возлагаем свою надежду на того, к кому мы обращаемся. Ведь обращаясь к кому-либо: Божией Матери или святому, мы просим, чтобы именно они помогли нам в данный момент, когда мы возносим свою молитву к ним. Помоги нам, Господи, всегда быть духовно трезвыми и всегда идти путем спасения.
С уважением, протоиерей Алексий Тюков.