Звонят колокола, звонят сильно, долго. Что-то случилось. Тихон открыл глаза, поднялся и подошёл к окну. За окном среди темной ночи на горизонте видно было зарево от пожара. Где-то в полях горела солома. Тихон одел фуфайку, вышел на улицу, завёл мотоцикл и погнал в поле. Как-никак он был бригадиром и это было его поле. Выехв на дорогу, он увидел, что не он один проснулся среди ночи и спешит на пожар. Приехав в поле, Тихон застал уже сгоревший стог соломы. Рядом были ещё стога, но пламя не перекинулось и это уже было облегчением. Мужики постояли, покурили, глядя на утихшее пламя. Подъехала пожарная машина, на всякий случай все залила водой и уехала. Потихоньку все стали разъезжаться. Тихон остался один. Он ещё немного постоял и пошёл к мотоциклу. Но тут со стороны стогов он услышал писк, напоминающий плач грудного ребёнка. Он замер. Показалось наверно. Но вот снова услышал. Решил пойти посмотреть.
-Мать честная. Это что же вы тут делаете?
Он увидел молодую женщину, а рядом с ней два новорождённых ребёнка. Женщина была испугана, замучена и даже не кричала. Она только умоляюще смотрела наТихона и прижимала к себе детей.
-Что же с вами делать? Как вы здесь оказались? Надо ж в больницу. Эх, все уехали, как я на мотоцикле вас увезу?
Тихон снял с себя фуфайку, осторожно переложил деток, закутал их и помог женщине подняться. Она была вся в кровоподтеках и ссадинах, видно было, что над ней сильно издевались. Ничего Тихон не стал спрашивать. Помог ей усесться в люльку и подал деток. Завёл мотоцикл и потихонечку, чтоб не трясти женщину по полевой дороге, поехал в сторону совхоза.
Где-то через полчаса они подъехали в больницу. А там, увидев женщину, к ней подбежал мужчина. Тихон сразу определил, что он был перепуган. Они вдвоём завели её в больницу, передали детей. И тут мужчина заговорил.
-У неё схватки начались. Я в машину. Немного отьехали от деревни, машина заглохла и ни в какую не заводится. Остановили попутный камаз. Их двое было, взяли только жену. А я следом на следующей попутке приехал. Час ждал, пока кто-то проехал, ночь все таки. Ищу её здесь, а мне говорят, что никто не приезжал. Может в другой роддом поехала. Перезвонили все ближайшие больницы, никто не приезжал со схватками. А как они у тебя оказались, где камазисты?
-Не знаю. В поле, в стогу нашел. Там пожар был недалеко. У неё я не стал спрашивать. Она и так пострадала.
Ты сам спрашивай у неё.
Тихон уехал домой, но этот случай не выходил у него из головы. Промучившись несколько дней, он поехал в роддом может что-нибудь узнает, да и о здоровье спросить. Все-таки родив в поле самой, да ещё двоих, это бесследно не проходит.
Подъехав к больнице, он столкнулся с уже знакомым мужчиной.
-О, здорова. Как жена там? Дети как?
-Уже все страшное позади. Идёт на поправку.
И он рассказал, что случилось с женой той ночью. Посадив её в камаз, он был уверен что они её довезу до больницы. Ведь обещали. С виду были приличные мужики, так заверили его, чтоб не беспокоился. Да и случаев разных у нас не было, чтоб с подозрением ко всем относиться. А эти уроды съехали с дороги, да в стогу её изнасиловали по очереди.. Да ещё били, чтоб не сопротивлялась она потеряла сознание, они её закопали в стогу, думали, наверно, что умерла. Бедная... Придя в сознание, переползла в другой стог, подальше. Говорит, не знаю почему, но ей хотелось подальше спрятаться. Там и родила. А эти твари вернулись, потеряли документы, забрали их и переехали камазом стог. Вот от этого у неё и начались роды. Она так испугалась, как представила, что было бы, если б она там осталось. А потом подожгли, чтоб уже наверняка. И смеялись, глядя на огонь.
Мужчина плакал, он закурил сигарету, руки его тряслись.
-Никогда не прощу себе, что тогда её одну отпустил. Нашли этих уродов. Судить будут. Говорят лет восемь дадут. Суд покажет.
-А дети - то как?
-С ними все хорошо. В рубашке родились. Никаких повреждений, отклонений. Замёрзли только тогда. Отогрели их в какой - то камере. Только вот жена все время плачет. Сильный стресс у неё. Врачи говорят беречь её надо, как бы чего не вышло. Сама-то нормально, а вот психика. Даже психоврача какого-то приглашали. Поеду к родителям, на море с ними, пусть там восстанавливается. Очень я её люблю.
-Ну бывай. Я вот тут передачку им привёз, передай сам. Здоровья вам, пусть поправляется.
И Тихон вышел из больницы. В его голове не укладывалось, какими надо быть уродами, чтоб насиловать беременную женщину, да ещё со схватками. Их живьём самих резать надо по кусочкам. Сколько ж она вы терпела. Поэтому и говорить не могла.
-Да уж. Видать ещё не все в жизни я видел.