Он не дожил и до 40.
Юрий Тарасов — неоправданно забытая звезда советского футбола с очень трагичной судьбой.
Большую часть карьеры нападающий провел в «Металлисте» из родного Харькова. Примкнув к клубу в начале 80-х, он отыграл за него почти 10 лет, превратившись из зеленого юнца в настоящую легенду клуба: он помог «Металлисту» взять Кубок СССР, провел за него 214 матчей в чемпионате и забил 61 гол, став единственным харьковчанином, которому удалось войти в список 100 лучших бомбардиров советского футбола.
Даже несмотря на такую статистку, из-за огромной конкуренции в сборной СССР ему дебютировать так и не удалось. Впрочем, и без этого карьера Юрия выдалась успешной. Чего, к сожалению, не скажешь о его жизни. На футбольном поле Тарасов мог справиться с любыми защитниками и вратарями, но с трудностями за его пределами разобраться не смог и в итоге погубил сам себя.
Переломным моментом в судьбе форварда стал отъезд за рубеж. В 1990-м он решил попробовать себя в иностранном чемпионате и подписал контракт с иерусалимским «Бейтаром».
В свой первый месяц он оформил дубль в игре против «Хапоэля» из Кфар-Сабы и помог команде победить 3:1. Однако затем сдал и в итоге так и не смог достичь в Израиле серьезных успехов. А вскоре жизнь футболиста и вовсе пошла наперекосяк.
«Он уехал в Израиль с женой Еленой и дочкой Аней. Лена — мастер спорта по художественной гимнастике — занималась там тренерской работой, а Юра играл в футбол. Когда на Ближнем Востоке началась война, он вернулся в Харьков, а жена с дочкой остались там. Позже он хотел снова туда поехать, купил билет, но из-за событий в Москве осенью 1993 года не смог попасть в российскую столицу, чтобы сделать пересадку, — тогда туда не пускали», — вспоминал отец нападающего Иван Тарасов.
Потеряв возможность встретиться с семьей, Тарасов погрузился в депрессию: начал глушить боль алкоголем, завел сомнительную подругу, которая увлекалась наркотиками, и стал приближаться к концу.
«Он пропивал все, что зарабатывал. Как-то встретились, просидели до шести утра. Я ему пытался объяснить, что жизнь не закончилась, что есть дочка… И не один я. Все-таки не должен мужчина так поступать», — рассказывал нападающий «Металлиста» Владимир Линке.
Друзья всячески поддерживали Тарасова в это непростое время и даже дали ему шанс вернуться к нормальной жизни — в 1993 году Юрия вновь взяли в «Металлист». Тем не менее воспользоваться возможностью он так и не смог. За 20 матчей в чемпионате Украины Тарасов не отметился ни одним результативным действием. Вместо того, чтобы реабилитировать карьеру, он еще глубже окунулся в пучину пьянства.
Расставшись с «Металлистом» в 1994-м, Юрий пропал с радаров, а спустя шесть лет по-настоящему исчез. 8 марта 2000 года Тарасов вышел из дома в Харькове и не вернулся обратно.
Родные сразу же сообщили об этом в милицию и даже дали объявление на местном телеканале. Но, к несчастью, ничего из этого не помогло.
Лишь спустя 20 дней отец сам обнаружил Юрия на чердаке соседнего подъезда дома футболиста.
«Я несколько дней искал Юру. Когда подошли к тому самому чердаку, дверь была закрыта на проволоку. Но я настоял на том, чтобы ее открыть, — вспоминал Тарасов-старший.
Как он туда попал и почему чердак оказался закрытым, выяснить так и не удалось. Родные футболиста до сих пор считают, что Юрия могли убить.
«Юре помогли уйти. Его напоили и заставили подписать документы об отказе от двухкомнатной квартиры в девятиэтажке в районе Одесской. А потом он каким-то образом оказался на чердаке своего дома, правда, в соседнем подъезде», — рассказывала сестра футболиста Алла. «Папа нашел его там 28 марта, поэтому этот день и считается официально днем смерти (так посоветовал батюшка), хотя настоящая дата так и осталась неизвестной. Когда Юру нашли, он лежал раздетый с пересохшими губами — вероятно, умер от голода и жажды. На затылке был след от удара по голове».
Милиция вела расследование загадочной смерти форварда. Но почему-то следов криминала не обнаружила — дело Тарасова просто закрыли.
Юрия похоронили в родном селе Борщевая в Харьковской области. Ему было всего лишь 39 лет.