Свекровь тут на дня звонила, настойчиво зовет нас встречать новый год у нее. Есть только одно условие - моей старшей дочери на празднике быть не должно. По словам свекрови, она собирает всю семью, а девочка ей никто, ведь это мой ребенок от первого брака.
У меня к моменту замужества уже была дочь Влада, ей было два года. С отцом ее мы никогда не были женаты, он отвалился сразу после информации о беременности и моего отказа от аборта. В отношении дочери я являюсь матерью одиночкой.
Свой статус от Максима, моего жениха, я не скрывала. Мне было важно, чтобы он принял мою дочь, это было одно из важнейших условий продолжения наших отношений. Жертвовать своим ребенком ради наличия в моей жизни мужчины я не собиралась.
Максим поладил с Владой сразу же. Было видно, что он искренне полюбил девочку. Мы год пожили вместе, а потом я решилась на свадьбу, к большому неудовольствию свекрови. Ей невестка с ребенком пришлась не ко двору.
Что она не хочет иметь с Владой ничего общего, было заявлено сразу. Я не собиралась навязываться - не хочет, значит пусть не общается. У моей дочери есть бабушка, которая в ней души не чает. Любить мою дочь свекровь на самом деле не обязана.
Нет, когда мама мужа приходила в гости, она приносила какой-нибудь небольшой гостинец, но на этом вежливом жесте их общение заканчивалось. Влада не звала ее бабушкой, мы не просили с ребенком посидеть и не пытались как-то навязать мою дочь во внучки Марии Дмитриевне. Тем более, мы планировали общего ребенка, но не раньше, чем Владе исполнится лет пять.
Когда старшая дочь уже во всю готовилась к школе, я родила еще одну девочку, назвали Варварой. С родной внучкой свекровь с удовольствием возилась, приходила играть и гулять, нарадоваться не могла, в общем. С Владой отношения у нее оставались отстраненно вежливые. Всех все устраивало.
Обычно на праздники к свекрови мы ходили без детей, оставляя их с моими родителями. А если свекровь хотела видеть внучку, то сама приходила к нам. До этого года все было хорошо. Но на этот новый год мама мужа решила собрать всех родственников у себя.
- Сейчас такое время неспокойное, неизвестно еще, когда сможем все вместе собраться. Как бы опять по домам всех не посадили, - объясняла она свое решение.
Нас мама мужа тоже пригласила, но очень своеобразно - без моей старшей дочери, которой сейчас идет десятый год.
- Мы же семьей собираемся, а девочка мне чужая. Оставьте ее у бабушки, а сами приезжайте и Вареньку привозите, - объяснила она мужу.
Тот передал мне мамины слова, вид при этом он имел обескураженный.
- А как она себе это представляет? Что я дочери скажу? Что Мария Дмитриевна ее своей семьей не считает, поэтому ты не будешь новый год с родителями отмечать? - Удивилась я.
Влада на самом деле уже давно зовет моего мужа папой, как и младшая, муж от этого млеет. Для него моя старшая дочь такой же его ребенок, как и Варя. С этим свекровь до сих пор не может смириться.
Мужа тоже зацепило, что мама ставит такие условия и проводит черту между девочками. Как бы, ты знаешь, что в семье двое детей, ты приглашаешь семью на праздник, но ставишь условие одного ребенка не брать. Она на самом деле рассчитывала на наше согласие?
Я сказала, что муж как хочет, а я на таких условиях точно никуда не поеду. Еще не хватало ребенку наносить психологические травмы из-за прихотей свекрови.
- Да я и сам не пойду. Может заскочу вечером, часов в шесть, поздравить ее, а потом домой, отмечать со своей семьей, - заявил муж.
На следующий день он перезвонил маме и сказал, что мы к ней на празднование нового года не придем. Мария Дмитриевна очень обиделась, что семейный праздник мы не хотим встретить с семьей.
- А мы, мама, с семьей и встретим. Моя семья это жена и две дочери. Две, мам, а не одна. Ты этого понять до сих пор не хочешь.
Свекровь на нас обиделась. По ее мнению, ничего бы страшного не случилось, если бы новый год моя старшая дочь встретила с бабушкой и дедушкой, моими родителями. А я считаю, что случилось бы. Ребенок уже достаточно взрослый, чтобы понять, что родители и младшая сестренку уехали отмечать праздник без нее. Это нечестно по отношению к ней.