Чешская журналистка Маркета Кутилова рассказывает о своем личном опыте участия в конфликтах на Украине, Ближнем Востоке и в Нагорном Карабахе
Давайте Начнем С Украины. Чем отличался ваш личный опыт этого конфликта? Чувствовалось ли по сравнению с Ближним Востоком или Африкой, что это конфликт, который весь Запад считает своей существенной угрозой и не может позволить себе "оставаться в стороне"?
Это была первая война, на которую можно было попасть на машине. Ты сел в свою машину в Чешской Республике и через день оказался в зоне боевых действий. Эта война также отличается от других конфликтов, которые я пережила, с точки зрения количества авиаударов и воздушных атак в целом.
Но в отличие от других конфликтов, которые я освещала, вы не услышите, чтобы украинцы говорили, что Запад отказался от них, как мы слышали от армян в Карабахе или курдов в Сирии. Напротив, украинцы ценят помощь Запада и чувствуют, что Запад заинтересован в них и помогает им.
Я заметил, что в одном интервью вы критиковали тот факт, что чешские СМИ недостаточно освещают некоторые конфликты и иногда берут информацию, которая является пропагандой одной из воюющих сторон. Как вы оцениваете освещение конфликта в Украине в средствах массовой информации?
Эта война поставила средства массовой информации перед огромным вызовом. Внезапно Многие журналисты, взывая к беспристрастности и объективности, обнаруживают, что занимают благосклонную позицию по отношению к одной стороне. Многие средства массовой информации, на мой взгляд, освещают эту войну в одностороннем порядке, и ясно, что они придерживаются одной стороны.
На ваш взгляд, есть ли проблема в этой ситуации, есть ли у этого конфликта явный агрессор?
Когда Турция напала на курдов в Сирии, там был явный агрессор. Когда Азербайджан и Турция напали на армян в Нагорном Карабахе, там был явный агрессор. Средства массовой информации без проблем заявляют, что теперь агрессор - Россия. Я даже думаю, что некоторые СМИ начали свою собственную антироссийскую борьбу. Поэтому конфликт на Украине является большим вызовом для многих журналистов и средств массовой информации, которые также меняют свой взгляд на конфликты в мире.
Я помню ваше интервью два года назад, где вы сказали, что после всего, что вы видели, вы тоже не испытываете оптимизма по поводу мира на Западе. Вы имели в виду конфликт, который мы сейчас наблюдаем на Украине, или вы имели в виду проникновение радикального ислама в западноевропейские страны, например, через влияние боевиков "Исламского государства", возвращающихся на Запад? О чем было ваше "пророчество"?
В основном это было связано с тем, что каждая великая держава в мире отстаивает свои собственные интересы. Особенно в небольших войнах, которые мы рассмотрели, было ясно, что речь идет в большей или меньшей степени о продвижении интересов держав, и за каждым конфликтом стояла либо борьба за энергетические ресурсы, такие как нефть или природный газ, либо борьба за маршруты доставки этих ресурсов.
Однако многие люди завуалировали эти конфликты, которые они называли борьбой за демократию, свободу или права человека. На самом деле причина была и остается одной и той же: источники энергии и их маршруты. Было ясно, что все это также станет предметом будущих конфликтов, потому что наш глобализированный мир зависит от нефти и газа, и страны, обладающие этим богатством, по-прежнему будут мишенями для тех, кто в нем нуждается.
Так что, если вы долго следите за миром, вам ясно, что энергетические войны не закончатся, и в будущем к этому добавятся еще и водные войны. В том интервью я упомянула свои опасения по поводу экспансионистской политики Турции, России и роста исламского терроризма в мире.