Документ о полном запрете пропаганды ЛГБТ накануне подписал президент Владимир Путин. Первым отреагировал интернет-магазин «Лабиринт», который убрал часть книг из продажи, чтобы проверить на «запрещенный» контент, еще в двадцатых числах ноября.
На этой неделе, после того, как документ вступил в силу, отреагировал сервис электронных и аудиокниг «Литрес». Он посоветовал авторам книг, в описании которых явно упоминается ЛГБТ, «изменить текст, чтобы произведение можно было вернуть в продажу после доработок и последующей модерации». Пока такие книги стали недоступны на сайте сервиса. Вообще литературы, вызывающей сомнения, на «Литрес» не больше 1% от всего каталога.
Часть книг также убрали сети «Республика» и «Читай-город». Их представители также заявили: это не распоряжение властей, а решение руководства. Продолжает коммерческий директор сети магазинов «Республика» Наталия Яковлева:
— Списка нет. Мы сняли порядка 30 наименований, которые, как мы сами считаем, относятся к ЛГБТ-тематике. Список запрошен у издательств. Мы с ними сейчас плотно работаем. Если этот список будет пополняться, мы будем незамедлительно эти книги изымать из продажи.
— Есть ли понимание, совсем ли убрали книги или есть шансы на возвращение, если авторы внесут коррективы в тексты?
— Это нужно разговаривать с авторами, но закон о запрете пропаганды президентом подписан, соответственно, эти книги не должны присутствовать в продаже.
Сами авторы произведений, где есть ЛГБТ-линия, пока не очень настроены обсуждать будущее своих произведений. В зоне риска практически вся литература Виктора Пелевина, некоторые романы Владимира Сорокина. Однозначно есть вопросы к нашумевшим романам «Лето в пионерском галстуке» и «О чем молчит ласточка» Елены Малисовой и Катерины Сильвановой.
Мы просили о комментарии одного из молодых авторов фэнтези, в книгах которой квир-линии есть, но идут по касательной. Ее книги уже исчезают из некоторых магазинов. Она ждет комментария от издателя и редактора, но сама пока ничего делать с текстами не планирует. Станут ли авторы массово перечитывать и как-то переписывать произведения, если к ним возникнут вопросы? Мы спросили мнение писателя Дениса Драгунского
Денис Драгунский писатель «Я не знаю этих авторов, на что люди могут пойти, а на что не могут. Вот стоят в очереди люди, допустим, и вдруг говорят: «Все. Тем, кто в дубленках, не продаем томатный сок!» Понимаете, кто-то может переодеть дубленку, кто-то может возмутиться, кто-то может написать в жалобную книгу, кто-то может плюнуть и выйти. Книжка Нины Берберовой про Петра Чайковского, где упоминается некоторая особенность его личной жизни, это что, пропаганда? Пропаганда — это прямое, это когда говорят: «Ребята, давайте, становитесь гомосексуалами», а если просто описывается персонаж, то, по-моему, это не пропаганда. В любом случае, важно получить определение слова «пропаганда», потому что такому закону должно быть, конечно, дано какое-то руководящее разъяснение. Пока это просто, как говорится, на испуг берут. Я бы на месте «Литрес» лучше бы нанял хороших адвокатов, чтобы они пытались объяснить, что в какой-то там книжке вот есть пропаганда, а в какой-то книжке пропаганды вовсе нет, а просто есть упоминание».
Неясно и то, на чьи плечи ложится экспертиза по соблюдению требований закона об ЛГБТ. Стоимость проверки рукописей на соответствие новым нормам может быть в районе миллиарда рублей: такую оценку ранее приводили в издательской группе «Эксмо-АСТ». Издатели опасаются, что на фоне нового закона пиратские книжные сервисы ждет второй расцвет.