После операции направили меня в санаторий. Приехал. Заселился. Пришел обедать.
Весьма дежурно приветливая, при этом грустно-улыбчивая, столовская тетенька решила, что какое-то время мы, вновь прибывшие, за столом поскучаем втроем. А мы не скучали.
Практически лысая Валентина, восьмидесяти девяти лет, каждый день повторяла, что гордится тем, что замужем была дважды.
В первый раз «отпилила» двадцать три года.
Вторично «сбегала» в пятьдесят семь, и «отдала мужику» двадцать один год.
Палочка ей в передвижении помогала мало. Зато шестидесятилетний "солнечный ребенок" за моей спиной по сигналу сопровождающей его мамы неизменно при появлении у стола Валентины громко произносил:
- Баушка прибежала!
Так я трижды в день узнавал, что нужно встать, повернуться, радостно поприветствовать, отодвинуть стул, принять из рук и повесить на спинку стула трость, усадить Валентину за стол, а сам стул пододвинуть так, чтобы из беззубого рта напротив меня ничего не вылилось во избежание рвотного рефл