Формулу материалистов помните: бытие определяет сознание?
Причем материалистами же было замечено, что бытие (т.е. материальные условия жизни, экономический расклад) меняется гораздо быстрее, чем сознание. Вот сейчас, когда научно-технический прогресс все ускоряется и ускоряется, как раз такое отставание сознания от бытия и приходится наблюдать во всей очевидности.
Предлагаю вместе «пробежаться» по представлениям нашим о жизни, о ценностях, которые все больше и больше становятся реликтовыми, но, вместе с тем, еще цепко держатся в наших головах и попросту мешают нам жить, дезориентируя нас, сбивая с толку, доводя до различных психофизических расстройств.
Взять хоть ту же всем известную формулу целей жизни настоящего мужчины: построить дом, посадить дерево, вырастить сына.
Мы слышим ее постоянно, кто-то сам ее повторяет регулярно как мантру.
А ведь сколько вреда приносит это стереотипное представление сегодня, скольких мужчин благополучно завело в глухой тупик, обессмыслив и обесценив их жизнь!
Давайте-ка подумаем, когда эта формула появилась и вследствие чего.
Уж, наверное, не вчера. И даже не позавчера. А много-много веков назад, когда строительство дома для семьи, тем более каменного, занимало годы и годы, требовало колоссального напряжения сил. Так что, действительно, закончив строительство, можно было выдохнуть: все-е-е-е-е-е, агромадное дело справлено!
Сегодня дома собираются за 2-3 месяца. Через год максимум в него можно заселяться. И что, спрашивается, делать мужику дальше всю оставшуюся жизнь? Перестраивать, достраивать, расстраивать, подстраивать… Как любила повторять моя бабушка: «Шей да пори – так не будет праздной поры». Вот многие этим всю жизнь оставшуюся и занимаются: шьют да порют, шьют да порют... Некоторые, впрочем, новую семью заводят и по новой начинают строительство. Как говорится, чем бы дитя не тешилось…
Ах, да! Еще же сына надо вырастить. Эта цель откуда взялась?
Во-первых, мужик был тогда, в «седые» годы, главным добытчиком «средств существования», главным пахарем (куда там слабосильным бабенкам за ним угнаться) и потому – главным собственником. Кому он должен был передать нажитое тяжким трудом имущество, чтобы быть уверенным в собственной благополучной старости? Конечно, своему преемнику - другому пахарю. И лучше всего, если это будет родная кровь – сын, а не чужеродный «примак».
Но сына мало было родить. Его еще надо было вырастить. А смертность детская была такая, что даже в дворянских семьях подчас из 10 выживал 1 ребенок (как, например, у друга Пушкина – князя П.А. Вяземского). Сколько мы знаем историй, как стремились обзавестись наследником короли и цари: избавлялись от «неплодных» жен, заставляли рожать, рожать и рожать, пока не родится мальчик, и потом – на всякий случай - еще мальчиков, про запас. А ведь то же самое было в любой крестьянской семье. Ценились мальчики – работники, поскольку работа тогда в основном представляла из себя тяжелый физический труд.
Что же мы имеем на сегодняшний день?
Мы не пашем так, как впахивали наши предки. Кое-какая социальная защищенность присутствует (частенько даже старшее поколение помогает молодежи, потому как пенсии иной раз постабильнее зарплат выплачиваются). Так что можно расслабиться и о сыновьях-работниках так уж не «париться», тем более, что и девчата сегодняшние всеми правами и возможностями зарабатывать тоже обладают.
Да и к тому же, как бы мы ни «честили» сегодняшнюю медицину, детишек сегодня выживает и вырастает абсолютное большинство. Плюс детские сады и ясли, вообще вся система детских учреждений и специалистов в помощь родителям.
Так что в деле выращивания сына сегодня неизмеримо меньше сложностей, нежели у наших предков было.
Да и продолжительность активного возраста увеличивается, молодость как-то от поколения к поколению все продлевается, а старость откладывается. Нормальный мужик может не одно, а пару поколений за свою жизнь «на ноги поставить», чем некоторые и занимаются, становясь вновь отцами в то время, когда старшие дети осчастливливают их внуками.
Ну, дерево я не очень понимаю, откуда появилось. Деревьев чем больше, тем лучше, но и посадить их не штука - за один день можно целую рощу заложить. Может, так наши предки намекали мужикам, что не все воевать и рушить, надо и созидать, причем не только для себя, но и для «обчества».
Но, в любом случае, эти цели сегодня нельзя принимать всерьез. Это не цели, а «цЕлюшки». Так, между прочим, должны достигаться. По пути к чему-то главному.
А ведь сколько мужчин ведется на этот стереотип! Меньше чем к середине жизни свершают все, что предписано им, и все. Дальше - полный целевой вакуум: новое что-то начинать, вроде как, поздновато, боязно, несолидно. Вроде как пора достижениями пользоваться, вкушать плоды трудов праведных, а не получается, потому как цели были устарелые: не предотвратили проблем, которые поджидают нас теперь во второй половине жизни.
Или вот еще…
Вы когда-нибудь задумывались, откуда берется в нас стремление окружать себя всякого рода барахлом: обставляться, обвешиваться, копить, хранить на всякий случай… и приобретать, приобретать?
Ответ прост и очевиден: это в общем-то уже рудиментарное стремление осталось в нас с тех времен, когда все материальные блага доставались тяжело и стоили дорого, потому что производительность труда была низкой и много было ну никак не произвести. Оттого и вещи берегли, и носили их подолгу, и хранили на всякий случай - как вторсырье или товар, который можно будет продать в трудную минуту.
Но с течением времени все трудней и трудней считать активом барахло, которое нас окружает. «Наклепать» его становится все проще. Мало того, производители все делают для того, чтобы вещи как можно раньше превращались в отработавший свое хлам и мы чаще бегали бы в магазины за «новинками». И неснижающиеся ценники давно не показатель действительной себестоимости товаров, а результат многочисленных торговых и логистических накруток. Ну еще всяких капиталистических сговоров.
Кто из нас не знает, что новенький автомобиль, только что выведенный из автосалона, тут же теряет порядка 25% его стоимости? Такой же процесс удешевления происходит с любым вновь приобретённым имуществом, включая квартиру в новостройке: та сразу попадает в разряд вторичного жилья.
А ведь истинный актив от ложного («золота дураков») отличают два параметра:
1) он со временем не только не теряет в цене, но постоянно или периодически дорожает;
2) его очень легко, сразу, при первой необходимости, можно обменять на «живые» деньги, т.е. продать.
Есть и такой момент: исторически с помощью одежды и всяких «статусных» вещей люди обозначали свое высокое положение в обществе. Помните красные тоги, которые могли носить только патриции в Древнем Риме, или фибулы – особые застежки для плаща варяжских предводителей, отличавшие их от рядовых воинов, или пуговицы, некоторое время после изобретения бывшие привилегией аристократов, запретные для простолюдинов, и т.д. и т.п.
Понятно, что среди простого люда всегда было много охотников «хоть примерить», «хоть пощеголять» в том, что доступно лишь высшим сословиям. Хоть недолго «побыть» знатным господином или госпожой.
И вот уже в одежде нет никаких регламентов на цвета, аксессуары, ткани и прочее, ушли в прошлое все запреты на сословные «маркеры», и сама аристократия, где она еще сохранилась, щеголяет в том же, что носят все остальные, теряется в толпе. Во всех более-менее экономически развитых странах стало дурным тоном выставлять напоказ «богатство».
Но до сих пор великое множество людей пытается придать значимость собственной персоне с помощью «статусных» «мануфактурных игрушек»: дескать, смотрите – вот я какой/какая, не лаптем щи хлебаю, раз могу себе такое позволить!
Такие попытки выглядят все более и более наивно, все больше вызывают усмешек, все меньше народу на них ведется, потому что самые значимые люди сегодня позволяют себе быть предельно непафосными и демократичными.
В конце концов, не для того ли люди и добиваются высокого статуса, чтобы самим устанавливать удобные для себя правила и нормы, а не для того, чтобы вечно жить по чужим.
Но большие деньги делаются на человеческом снобизме, на желании если не быть, то хоть казаться. Как же его не разжигать и не поддерживать иллюзию, что вместе с одеждой можно надеть на себя и настоящее величие!
Ну, про всякие заготовки: соленья, варенья – и говорить нечего! По инерции крутят их хозяйки из года в год. Уходит уйма времени, соли, сахара… Сколько банок потом «взрывается» или, простояв несколько лет невостребованными, опустошается прямиком в помойное ведро… Но домашнее консервирование искони велось у наших прабабушек, бабушек, мам…
Но ведь у предков-то не было современных морозильных камер, электросушилок, им деваться было некуда: у них был один только способ сохранить в зиму хоть какие-то витамины – консервация.
Сегодня мы знаем доподлинно, что витаминов в соленьях-вареньях почти нет, зато чрезвычайно много соли или сахара (белого и сладкого яда). А вот быстрая заморозка и сушка действительно позволяют не только долго сохранять овощи, фрукты, ягоды, но иногда даже увеличивают полезность их. В частности, доказано, что после заморозки возрастает концентрация витамина С в ягодах и сладком перце.
Вот ведь насколько проще можно жить, но человеки не любят менять привычный уклад жизни, боятся впускать что-то новое, предпочитая старое, проверенное, доставшееся по наследству от предков.
А самые вопиющие примеры отставания человеческого сознания от бытия – это, конечно, моногамный брак и деньги! Исчезли почти все экономические условия для их существования, они уже просто мешают совершенствованию человеческого общества.
Доказательства?
Пожалуйста, но уже в других статьях.