Сначала кое-что перечислим и подсчитаем. Где-то была опубликована вот такая информация: 40,0% врачей и 65,0% среднего медперсонала идут на работу без удовольствия. Откуда такие цифры, сложно сказать, но на них ссылался автор одной почти научной публикации. К сожалению, не указан возраст, однако, можно догадаться, что речь идет, скорее, о возрастных работниках, потому что только в определенном возрасте начинаешь, пусть не во всем, но все же кое в чем, разбираться, понимать, осознавать…
Когда мы выбирали профессию в советское время, мы фактически соглашались с установленными условиями, в первую очередь, связанными с оплатой труда, разве это не так? При этом откуда-то мы знали, что подработка возможна, но едва ли мы догадывались, к чему может привести эта самая подработка. Нам говорили: «Вот такая-то ставка», «…хотите зарабатывать больше, берите дополнительно пол и даже с четвертью оклада», поэтому сетовать на то, что медсестра получает мало, как-то не солидно и едва ли логично. Многие «впряглись» и не заметили, как стали теми бурлаками, незавидная участь которых запечатлена на известной картине Репина. И впереди, как будто, без просвета, так откуда же взяться настроению? Итак, низкая зарплата – раз.
Два. Это стресс, связанный со штатным расписанием и реальной нагрузкой. Однако об этом мы уже писали.
Три. Появился дополнительный стресс, связанный с тем, что неквалифицированный труд был приравнен к квалифицированному. Это где в какой другой стране вы найдете такое? Возникает вполне логичный вопрос: «Зачем учиться, если …?» и т.д.
Четыре. У нас не было психологии, нам никто не поведал о том, что медицинские работники живут с чувством вины, так как не всем пациентам можно помочь и люди умирают, но кто бы поинтересовался хоть раз: что испытывает врач или медицинская сестра, у которых «ушел» пациент? Где психологи? Почему их нет в стационарах? Простой пример: на отделении паллиативного ухода в Исландии работает психолог. Чем он занимается там? Он работает, но не только с пациентами, но и с персоналом, помогая ему провентилировать чувства после «ухода» пациента.
Под номером «пять» разместим «груз общения»: медицинские работники вынуждены постоянно находиться в гнетущей атмосфере чужих отрицательных эмоций, служить не только утешителем, но и мишенью для раздражения и агрессии. В реальности в медицинской среде психологический фактор взаимодействия медработника с больным либо недооценивается, либо считается делом самого работника. И здесь к нам на помощь могла бы прийти «Психология умирания» Э.Кюблер-Росс, но куда там?...
Еще есть фактор долга - в основе этической деятельности медработников: «…деонтологическая модель работы врача (и, безусловно, медицинской сестры) (принцип долга), которая в настоящее время остается доминирующей, является одним из факторов, приводящих к выгоранию...»
Все категории медперсонала, обслуживающие пациентов, оказывают им по мере общения и взаимодействия психологическую поддержку. Как правило, эта поддержка носит интуитивный характер, опирающийся на индивидуальный жизненный опыт и опыт ближайших коллег, который в отдельных случаях эффективен, но при этом часто приводит к негативным эмоциональным реакциям у самого медработника. Причем эти реакции имеют свойство незаметно для самого медработника накапливаться и выливаться в депрессию, бессилие, нежелание работать, психосоматические заболевания. Да, к тем, кто нас учил зачастую по своим уже пожелтевшим студенческим конспектам, вопросов возникает много.
По мнению врача-психотерапевта А.В.Гнездилова, самым травматичным для персонала является встреча со смертью, психологическое участие в ней. К этому мы тоже были едва ли готовы…
Каков итог? Эмоциональное выгорание, по крайней мере, все факторы, которые мы здесь попытались посчитать, перечисляются специалистами, изучающими данный вопрос. Хочется отвесить низкий поклон нашим зарубежным коллегам: спасибки, жили - не тужили и вдруг узнали о том, что, оказывается, мы на работе выгораем!
Любопытный факт: об эмоциональном выгорании в стране заговорили только после ее развала (мы просмотрели всю подшивку газеты «Медицина» за 70-80 годы 20 века и не нашли ни одной публикации на эту тему!) Другой любопытный факт: в США эта тема особо не обсуждается (если вообще обсуждается), но не потому, что его там нет, а по другой причине, как нам видится: если в двух словах, то объясняется это тем, что при изучении концепции «сестринский уход», будущих медсестер учат и тому, как заботиться о себе!!! (В этом месте напрашивается гораздо больше восклицательных знаков, потому что это – дорогого стоит: научили в колледже, рассуждают чиновники, значит, в жизни сможет повести себя правильно и не прийти к такому финалу как эмоциональное выгорание.
Что же дальше со всем этим делать? Можно попробовать определить, подвержены ли вы выгоранию. Для этого можно обратиться к известным типам, описанным в литературе:
«педантичный»: характеризуется добросовестностью, возведенной в абсолют, чрезмерной, болезненной аккуратностью, стремлением в любом деле добиться образцового порядка (даже в ущерб себе);
демонстративный»: стремиться первенствовать во всем, всегда быть на виду. Этому типу свойственна высокая степень истощаемости при выполнении даже незаметной рутиной работы;
«эмотивный»: впечатлительный и чувствительный человек. Его отзывчивость, склонность воспринимать чужую боль как свою граничит с патологией, с саморазрушением.
Но это, скорее, полу-мера. Если есть желание действительно разобраться с этим феноменом, полезнее обратиться к работам известного психоаналитика Виктора Франкла, который предложил рассмотреть выгорание как разочарование в поиске смысла жизни, причем в двух вариантах:
1. подмена смысла жизни (чаще всего работой, социальными ролями);
2. разочарование, связанное с несоответствием между идеальными представлениями и существующей реальностью.
В открытом доступе можно найти много трудов В.Франкла, они написаны простым и доступным языком. И пока сохранилась хоть капля интереса к жизни, следует поспешить.