Пойдём со мной. От Арбатской, где слегка облезлое здание Моссельпрома стоит, выпятив осыпающиеся балконы,
по Старому Арбату, закоулками, переулками, к зажатому между классицизмом и барокко 2000 х цилиндру дома-музея архитектора Мельникова.
Вид спереди.
Кстати, из-за него после смерти последнего между дочерьми и государством разгорелся нешуточный скандал в духе Короля Лира.
Но нам не до этого, мы плавной походкой сквозь Новый Арбат, по Новинскому бульвару продвигаемся к зданию Наркомфина, сияющему в предзакатных лучах так, что от холода отваливаются пальцы и часть носа.
Мосторг раскрашен в немодные нынче цвета радуги Бенеттона.
Зато Хлебзавод под надёжной охраной великанов.
И если вас ещё держат верные ноги, то вот вам клуб Зуева, где, по слухам, сейчас скрывается от злопыхателей небезызвестный Квартет И.
И, подволакивая ту конечность, которая короче, забредая в Марьину рощу и вопия о теплом кафе и туалете, внезапно оказываюсь в водовороте весёлых детских лиц, сопровождаемых суровыми дядями с пейсами внутрь Еврейского музея толерантности...
Стоп. Я то искала не его. А! Вот он, Бахметьевский гараж.
И бегом-бегом домой, в тепло, на диванчик...