Монгольским властям пока удалось обуздать массовые протесты. Однако ситуация может обостриться в любой момент. О причинах и перспективах антиправительственных демонстраций — в материале РИА Новости.
Повод для протеста
Стихийные акции начались в Улан-Баторе 4 декабря. Главное требование — предать огласке имена чиновников, вовлеченных в крупную коррупционную схему.
По данным местной прессы, монгольский бюджет недосчитался по меньшей мере 1,8 миллиарда долларов при продаже угля Китаю. Утверждают, что более шести миллионов тонн Пекин получил нелегально, в обход таможни.
Сам по себе скандал не нов: несколько уголовных дел уже возбудили. Люди возмущены затягиванием расследования и требуют немедленно назвать и наказать расхитителей.
Масла в огонь подлили официально не подтвержденные сообщения о том, что в Пекине якобы казнили коррупционеров, а Улан-Батору передали список монгольских казнокрадов.
На площади Сухэ-Батора четыре человека в давке получили серьезные травмы. Протестующие двинулись к Дворцу правительства, некоторые прорвались внутрь. Их задержали, но быстро отпустили. Одного пострадавшего доставили в больницу. Полиция начала расследование в отношении человека, поджегшего соломенную елку на центральной площади.
Демонстранты заблокировали улицу перед главпочтамтом.
Власти пригрозили применить силу и объявить чрезвычайное положение. К 6 декабря беспорядки прекратились.
Скрытые факторы
Некоторые протестующие предъявляли претензии не столько к собственным властям, сколько к Китаю. Экспансионистская политика Пекина беспокоит многих в Монголии.
Силовики отмечают, что большинство протестующих — молодежь, студенты, причем нередко в состоянии наркотического опьянения. Эти неприятные детали заставили говорить о воздействии внешних сил: в стране, помимо китайцев, активны представители США, Японии, Южной Кореи и Индии.
Как отметил в разговоре с РИА Новости заведующий отделом Кореи и Монголии Института востоковедения РАН Александр Воронцов, пока не очень понятно, что именно произошло в Улан-Баторе.
"Версий хватает. Есть признаки и цветной революции, и внутригосударственной борьбы за власть, банальной попытки оппозиции воспользоваться ситуацией. Ясно, что в коррупцию вовлечены высокопоставленные чиновники. Сумма хищений для Монголии крайне серьезная. Такой резонанс неудивителен", — рассуждает эксперт.
Проблем в стране хватает: последствия пандемии, рост цен на ключевые продукты. "Два года назад я покупал в магазине две полные корзины еды на 20 тысяч тугриков (370 рублей), но сейчас даже одну корзину не заполнить", — цитирует местная пресса одного из манифестантов. Для сравнения: средняя зарплата в Монголии — 28 тысяч рублей.
В коррупционной схеме, помимо государственной угольной компании, участвовали частные фирмы, чьи высокопоставленные акционеры очень взволнованны. Еще и поэтому власти постарались оперативно купировать кризис, пообещав разобраться во всем как можно быстрее и — открыто.
Что дальше?
"Руководство Монголии отреагировало вполне адекватно, — считает Воронцов. — Пошли на диалог с протестующими. Еще не все ресурсы для нормального общения исчерпаны, значит режим ЧП не нужен".
Правительство и Великий государственный хурал (парламент) на внеочередных заседаниях решили создать специальную комиссию по "угольному делу" — с участием оппозиции.
Но риск обострения ситуации сохраняется. "Для успокоения протестующих надо назвать виновных немедленно, но комиссия скована процессуальными нормами и обязательствами, в том числе не может сообщать ничего до окончания расследования. Хотелось бы, конечно, чтобы нынешнее затишье не стало временным", — говорит Воронцов.
Президент Монголии Ухнаагийн Хурэлсух указал на необходимость "открытых слушаний по вопросу об угле в парламенте и полного информирования народа". "Мы должны дать объективную оценку ситуации, взяв на себя строгую юридическую ответственность", — подчеркнул он.
Спикер парламента Гомбожавын Занданшатар пообещал, что общественные слушания состоятся уже в среду, 7 декабря.