Спродюсированный Диего Дубковски и Дэниелом Берманом и снятый Бернери незадолго до мировой премьеры в Торонто, фильм «Воплощение» является недооценённой работой, которая строится и задерживается за пределами кинотеатра, что предполагает ограниченный выпуск в городских артхаусах, готовых выдержать устойчивую молву.
Когда мы впервые видим стареющую старлетку Эрни Левиер (Сильвия Перес): она жаждет внимания, понимая, что у неё не было больших ролей в течение многих лет. Затем она опаздывает на премьеру фильма с гораздо более молодым актёром, с которым у неё романтические отношения, и говорит ему, что он великолепен в этой роли, хотя мы знаем, что она сидела в баре, пока фильм не закончился.
Она высокомерна, кричит так, будто все смотрят на неё, даже когда это не так, одевается как подросток, носит татуировку на руке, которая, должно быть, когда-то была дерзкой, но теперь выглядит грустной и размазанной на её кожистой коже. Единственное, что мы видим, что она читает книги, ремонтирует свою квартиру и кладёт кубики льда в красное вино.
Странно убедительная вещь в фильме Бернери — это то, как она вызывает сочувствие к женщине, у которой мало положительных качеств и мало индивидуальности, за исключением тех случаев, когда кто-то снимает её или фотографирует. Настоящее имя Эрни, Энкарнасьон, является одной из многих маленьких ироний фильма: Энкарнасьон, кажется, ничего не воплощает.
Есть некий хитрый резонанс и в кастинге Сильвии Перес на главную роль: бывшая Мисс Аргентина, Перес была довольно известной телевизионной актрисой и секс-символом в Аргентине в 1980-х; она вышла на пенсию и сыграла свою первую роль в кино, блестяще показав актёрскую игру - возможно, из-за параллелей с её собственным опытом.
Поначалу мы чувствуем не более чем жалость и жестокое, но-по-милости-божественному очарование Эрни. Но импульсивная поездка в её загородный дом меняет наше восприятие.
Эрни общается только со своей пятнадцатилетней племянницей Аной (Мартина Хункаделла), которая видит в ней побег от удушающих условностей сельской жизни. Страна смягчает Эрин, и мы постепенно начинаем восхищаться её стойкостью и понимаем, что она прекрасно осознаёт, насколько поверхностной её считают другие.
Камера одержимо следует за Эрин, отражая собственную смесь отвращения и восхищения зрителей к ней.
Некоторые связующие сцены затягиваются слишком долго: мы мало что узнаём об Эрин из того, как она две минуты идёт по проселочной дороге. Но всё это часть лаконичного, пытливого подхода Бернери к персонажу, которому удаётся быть одновременно глубоким и поверхностным. И в основном, несмотря на некоторую затянутость, режиссёр медленно и терпеливо рисует сумеречную жизнь, что делает фильм удивительно весомым и насыщенным.