-- А я видел, батюшка, как Вы за девками сегодня бегали, ловили их! Девки убегают, визжат, а Вы за ними! Нормально развлекаетесь!
Таксист захихикал, глядя в лицо ошеломленному отцу Роману. Ему было смешно и любопытно, хотелось поболтать на эту тему. Но священник молчал. Возражать таксисту было бесполезно. Что тут возразишь, если он сам, говорит, видел. Поэтому и оправдываться отец Роман не стал, только пытался сообразить, что же на самом деле видел таксист. Молодой священник пока не обзавёлся машиной, он сел в такси и назвал адрес.
Батюшка окончил семинарию в Свято-Троицкой Сергиевой лавре, там же познакомился с будущей супругой, и теперь они уже воспитывали своих малышей.
Таксист не стал дальше развивать тему, раз уж собеседник не желает поддержать разговор. Он мысленно рассуждал, что правду про попов говорят, такие же грешники, как и мы, вон и этот молодой поп с девушками развлекается. А тут ишь, сконфузился, что я ему сказал.
Между тем, у отца Романа появились некоторые догадки, подозрения пали на алтарников. Двое алтарников-подростков были рослыми ребятами, так что издалека их можно принять за взрослых. Если таксист далёк от церкви, он наверняка думает, что в чёрных подрясниках ходят только священники. Оставалось опросить алтарников.
Так и вышло. Двое знакомых девочек-подростков раззадорили алтарника Сашу после вечерней службы, и он побежал за ними вокруг храма прямо в подряснике. В душе Саша был ещё ребёнок. Девочки убегали, смеясь и визжа. В общем-то, это видели многие прихожане, и я в том числе. А также таксист, увозивший кого-то предыдущим рейсом. Остальное дорисовала его фантазия.
После этого алтарникам было строго запрещено выходить из храма в подряснике, если нет на это богослужебных причин.