Середина октября. Мобильных средства связи, такие как мобильный телефон, радиостанции «Уоки-Токи», осутствовали, это нас ожидало в будущем. Мне предложили на выходные поохотиться на озере Борковском, находящемся на границе Ленинградской и Новгородской области. В этом труднодоступном озере чистой воды было сантиметров 20, а дальше - сапропель, пытались достать твёрдое дно шестиметровым шестом, но так нигде и не удалось.
Болела спина, но я не смог отказаться от охоты в компании, так как обещали «увлекательную» охоту на пролётных уток и гусей. В назначенное время за мной заехал Газ-66 с КУНГом (кабина универсальная нормальных габаритов). Внутри находились две лодки – одна деревянная «картоп», другая – резиновая. Моя дюралевая лодка «Малютка-2» вошла в деревянную без проблем. Дно в кабине было выложено свеже скошенным сеном. Приятель, пригласивший меня, погрузил внутрь лодок мой рюкзак и ружьё. Забравшись в кабину, с удовольствием прилёг на сено, так как дорога была не близкая, за 30 км от деревни.
Прибыли на место через час. Встали табором на берегу, было ещё светло. Выгрузили лодки, и разъёхались в разные стороны. Два приятели на картопе поставили две сетки недалеко от стоянки, где была чистая вода из-за канавы и начала ручья, вытекающего из озера. Отстрелявшись, вернулись к месту ночлега. Приятель Саша вышел из лодки чуть не плача.
- Что случилось?
- Ружьё поломалось, не закрывается, а завтра – на утрянку!
Собрался консилиум, стали по очереди вертеть ружьё ИЖ-27, точно – стволы не закрываются. Витёк снял цевьё, пытался выяснить, в чём дело, присоединил ствол к колодке, закрыл без цевья, безрезультатно. Серёга, почесав тыковку, сказал, что у него так было, надо в одном месте подпилить напильником. Как назло, ни у кого не оказалось ни напильника, ни надфиля, ни даже пилки для руктей (это на ногах – ногти, а у собак на лапах – лапти). Водитель решил поискать в машине, кроме топора и монтировок ничего не нашёл и развёл руки в стороны в бессилии.
Я пока был сторонним наблюдателем, уже почти догадавшись в причине неисправности, так как досконально знал устройство этого ружья и многих других, изготавливая приклады для разных марок на заказ. Стволы ИЖ-27 не закроются до тех пор, пока нижняя часть запорного крюка стволов не ударит по «пимпочке», удерживающей запорную планку, а для этого нужно чтобы … эжекторы встали на своё место в патронниках. Наконец, перепробовав все способы, они обратили внимание на меня.
- Ну что скажешь мастер?
- У тебя ружжо когда поломалось?
- Да когда перезаряжался! Не пойму ничего, ружьё – новое, патроны – новые, а не работает!
- Дайка мне, может у меня получится.
В свете фонаря я заметил кусочек «проволоки» между казённой частью ствола и эжектором, ногтем удалил его и … собрал ружьё – На! На удивлённые взгляды пояснил, что когда штамповались гильзы, допускался брак в плохом формировании ранда, поэтому от него могли откалываться кусочки металла, что и произошло.
Одну из добытых уток разделали и отправили жариться на костре. Поужинав «свежатинкой» и попив чаю, и все вчетвером отправились спать в кунг, чтобы рано утром начать охоту. Спать на сене было тепло, достаточно накинув на себя бушлат. Рано утром развели костёр, попили чаю с бутербродами и расплылись в заранее распределённые зоны. Мне досталась восточная часть озера, слева от стоянки, Сашку – южная (средняя), а парочке - западная.
Проплыл метров четыреста и замаскировался в тростнике. Утка была, но облетала по периметру озера, где была низкая растительность. После нескольких выстрелов, вообще перестала летать. Я решил сменить позицию, перебравшись ближе к берегу. Неожиданно сзади меня вылетел на небольшом расстоянии селезень. В «горячке», я схватил ружьё и резко дёрнул его, но ремень зацепился за «барашек» крепления секции, из-за этого потерялось равновесие, и я упал на дно и борт.
Во-о-о-т! Как говорил Задорнов. 15 октября, +6.
Лодка «выгрузила» меня через борт в воду, заполнившись наполовину, встала на ровный киль. Благодаря комбинезону КМЛК «Берёзка», надувшемуся как спасательный жилет, я стал медленно погружаться ногами вглубь озера, держа в правой руке ружьё, а левой рукой схватившись за борт. Ёп-фанаматара! На мне же - патронташ, сверху на шее - бинокль. Уложил ружьё на два сиденья из пенопласта, затем – бинокль и патронташ. Надо выбираться.
До ближайшего островка растительности метров 30, друзья за полкилометра от точки моего купания, кричи не кричи - бестолку. Толкнул лодку, с трудом подтянулся по коричнево-зелёной жиже, и так несколько раз. Таки добрался до камыша, удалось встать по колено в воде. Вылил воду из лодки, снял сапоги и одежду. Выжал одежду, хотел одеть, но оно такое холодное и грязное, а без него вроде бы тепло, даже волосы на теле вздыбились, повысив тем самым пресловутую «лохматость». Даже дрожь не возникла. Тьфу, на одежду!
Когда голышом подталкивал лодку ближе к воде, почувствовал, как кто-то пытается меня грызть и кусать. Осторожно забрался в неё, и усиленно махая вёслами, помчался к месту стоянки. Ближайший населённый пункт находился в 4 км, значит, не удастся шокировать женщин своим внешним видом. Прибыл на место, уже обсохнув и, наполовину, согревшись.
Костёр потух, машина закрыта, рюкзак, походный набор и аптечка со спичками внутри КУНГа. Подготовив растопку в виде бересты и сухих еловых веточек, я подошёл к костру, ладошкой сверху оценил его температуру, в одном месте почувствовал тепло. Разгрёб пепел и нашёл тлеющий уголёк. Подул на него, он "раскраснелся", от него загорелись сухие веточки, всё - тепло есть! Высушил амуницию, оделся и стал ждать.
Наконец-то явились друзья. Сняли сетки, рыба в них была наполовину обглодана до костей. Оказывается, в озере водятся жуки-плавунцы, размером чуть ли не с куриное яйцо. Это их работа! Чуть опоздали с уборкой сетей. Весело обсудили утренние приключения, покушали, попили чаю.
Результат охоты, дичь распугали. Насморка не получил, спина прошла, и целый год не болела! А вот отмыть одежду от сапропеля пришлось потрудиться!