В 1829 году произошло событие, которое резко изменило судьбу нашего героя. А именно: в Орскую крепость приехал знаменитый учёный и путешественник Александр Гумбольдт.
Фридрих Вильгельм Генрих Александр барон фон Гумбольдт зарекомендовал себя поистине уникальным человеком. К описываемому периоду времени ему было уже около шестидесяти лет, однако душой он оставался молодым, отличался живостью ума, широчайшей эрудицией, умением распознавать среди собеседников неординарных людей… Он уже объехал едва не весь белый свет, и пользовался огромным авторитетом как в научном мире, так и в политике – хотя она и оставалась для него всегда на вторых ролях. Ему благоволили монархи ряда европейских государств – даже когда он осмеливался критиковать королей, те выслушивали его, не выказывая недовольства. Умение общаться с сильными мира сего даже на острые темы, и к тому же без ущерба для себя же – великое мастерство, мало кому доступное…
В Россию Гумбольдт приехал по личному приглашению графа Егора Канкрина – министра финансов России. Наверное, не будет слишком нереальным предположение, что Егор Францевич не предпринял бы подобного действия без ведома императора Николая Павловича.
Обратите внимание на год, о котором идёт речь!.. Николай Павлович вступил на престол под гром пушек Сенатской площади. В 1826 году состоялись суды над декабристами, в стране закручивались идеологические гаечки, усиливалась борьба с вольномыслием…
В советский период наказание за декабрьское восстание выдавалось за неоправданно жестокое. Не сразу, но постепенно во мне по этому поводу зародился сначала скепсис, а затем и сарказм. За попытку свержения государственной власти, которая предусматривала физическое устранение царя и некоторых его приближённых – разве ж наказание получилось суровым?..
Но почему Николай Павлович обошёлся с повстанцами настолько милосердно?.. Этот вопрос интересовал меня ещё со школьной скамьи.
Совсем недавно в какой-то телепередаче по этому поводу я услышал суждение, которое мне показалось вполне логичным. Царю хотелось сохранить перед Европой хорошую мину: выставить восстание как выступление группки молодых людей, но не как проявление вызревающего в обществе массового протеста против абсолютной монархии. Он стремился всемерно принизить масштаб протестных настроений.
В этих условиях Двор оказался заинтересованным в том, чтобы Россию посещали люди, которые пользуются за границей авторитетом.
Мы помним, к чему это привело в случае с маркизом де Кюстином. Но то будет позднее.
Что касается Гумбольдта, тут попадание оказалось в яблочко. Мало того, что именитый путешественник совершил протяжённый вояж по российским просторам, он, высказав свои суждения графу Канкрину о том, каким увидел положение крепостных в стране, об истинном состоянии экономики и развития техники в России, пообещал министру не раздувать эту тему за рубежом. Насколько можно судить, барон слово сдержал.
Конечно, можно счесть, что эта его сдержанность объясняется щедрыми командировочными, полученными из государевой казны. Слов нет, данный пункт нельзя сбрасывать со счетов. Однако хочется верить в благородство человека и предположить и другое. Гумбольдт позволял себе откровенно высказать в глаза прусскому королю Фридриху Вильгельму III свои суждения о положении в родном королевстве; он писал донесения своему монарху о положении дел при французском дворе Луи-Филиппа; он заручился поддержкой Карла IV Испанского – и при этом никогда не занимался политическими интригами.
Ему верили – и он оправдывал доверие сильных мира сего! Он не обманывал – ему верили!..
…Итак, что же столь выдающееся совершил Гумбольдт в науке?
Он считал природу единым целым, он считал, что все земные процессы обусловлены взаимодействием сил, которые следует изучать в комплексе, а не каждую саму по себе.
Он положил начало таким наукам, как физическая география, ландшафтоведение, он первым заинтересовался таким явлением, как экологическая география растений.
С его подачи зародился такой раздел науки, как геомагнетизм.
С его подачи зародилась такая наука, как климатология, он предложил идею изотерм и в ходе путешествий занимался составлением карт их распределения. Он занимался изучением и описанием различных климатов, а также факторов, которые влияют на их формирование.
С исследовательскими целями Гумбольдт объехал всю Европу, Центральную и Южную Америку. В ходе путешествий он занимался изучением флоры и фауны, определением координат населённых пунктов, гидрологии водоёмов, морских течений, этнографией и много чего ещё он изучал. Достаточно сказать, что путешествие в Новый свет научный мир назвал «Вторым открытием Америки».
***
Своё суждение, зачем приезд прославленного путешественника в Россию требовался Николаю I, я уже высказал. Но граф Канкрин, как министр финансов империи, преследовал более приземлённые цели. С целью усиления российской валюты Егор Францевич задумал введение платинового рубля, и ему требовалась консультация учёного-энциклопедиста с европейским именем.
Маршрут, по которому проехал по стране Гумбольдт, впечатляет. Равно как впечатляет и невероятная скорость, с которой он преодолел российские просторы. Судите сами!
Дерпт – Санкт-Петербург – Москва – Владимир – Нижний Новгород – Казань – Екатеринбург – Верхотуринск – Тобольск – Барнаул – Семипалатинск – Омск – Миасс – Златоуст – Орск – Оренбург – Астрахань – Москва… И при этом он не просто путешествовал! Он посещал заводы и прииски, изучал природу, ознакомился с добычей илецкой соли, совершил путешествие по Каспийскому морю… И всё это – с мая по ноябрь 1829 года!..
Такая скорость стала возможной по вполне понятной причине. По распоряжению Санкт-Петербурга на всём протяжении следования путешественнику обеспечивался режим наибольшего благоприятствования – везде он обеспечивался транспортом и толковыми сопровождавшими.
Вот тут мы и вернулись к Яну Виткевичу.
Александр Гумбольдт в той или иной степени владел несколькими европейскими языками. Однако он не знал русского, равно как не знал языков народов, населявших территорию Южного Урала и Прикаспия.
Вот тут судьбе было угодно их свести – нашего главного героя, и героя, так сказать, проезжающего.
В Орском городке в помощники Гумбольдту выделили ссыльного Виткевича. Он произвёл на путешественника самое благоприятное впечатление.
Немецкий натуралист отличался тем, что умел выделять таланты, умел их ценить, умел их поддерживать, умел за них хлопотать. Это не просто дежурные слова по случаю – почитайте его жизнеописание: данную черту Александра Гумбольдта выделяют все биографы.
Виткевич произвёл впечатление знанием языков, молодостью, эрудицией… Тем, что, оказавшись в богом забытой «дыре», не опустил руки, продолжал заниматься самообразованием…
К тому же Гумбольдт, будучи человеком либеральных взглядов, не мог не сочувствовать столь одарённому человеку, сурово пострадавшему от монархического строя. Наверное, нелишне в связи с этим вспомнить, что мать Александра – французская баронесса – переселилась в Пруссию, став жертвой гонений Людовика XIV на гугенотов…
Виткевич сопровождал Гумбольдта всего несколько дней.
Потом проводил к сторону Оренбурга.
Больше они никогда не встречались.
Однако именно эта мимолётная встреча вывернула последующую жизнь ссыльного к подъёму.
(Фрагменты из исторического повествования
«Ян Виткевич: УБИТЫЙ НА ВЗЛЁТЕ»)