Макрон уверен, что придет момент, когда страны НАТО сядут за стол переговоров с Россией. Об этом он заявил в интервью TF1. По мнению президента Франции, при этом необходимо не только обеспечить безопасность альянса, но и дать гарантии Москве.
Президент Франции Эммануэль Макрон дал интервью главному каналу французского телевидения TF1, в котором ответил и на вопросы, касающиеся украинского конфликта. Вот та часть его интервью, где он коснулся этой темы.
— Есть одна вещь, которую мы делаем с самого начала этого конфликта, — это присматривать, чтобы эскалация не коснулась гражданской ядерной энергетики. Украина — это страна, где есть АЭС. А потому я обязательно поговорю с президентом Путиным на эту тему безопасности АЭС — после того, как получу напрямую информацию по этому поводу, побеседовав с главой МАГАТЭ. Нам нужны конкретные и точно определенные темы для разговора.
Итак, вот наши задачи на ближайшие недели. Надо помочь украинцам сопротивляться [России] и вообще не сдаваться, несмотря на трудности. Потребуется продолжение военной помощи. В то же время надо избежать эскалации, а если надо, точечно вмешаться, чтобы избежать развития событий, способного затронуть атомные станции. И в то же время надо спокойно готовить диалог, который начнется, когда все соберутся за столом переговоров.
Есть одна тема, которая зависит от украинцев, — это вопрос границ. Есть другая тема, которую мы должны будем урегулировать. И я ее обсудил во время нашей встречи с президентом Байденом. Вот она: какова будет архитектура безопасности того мира, где мы хотим жить завтра. Один из важных пунктов, который беспокоит президента Путина, — это страх, что НАТО придет к его порогу. Это тема размещения оружия, которое может обладать способностью нанести удар по России. И этот сюжет тоже будет частью списка тех тем, которые нам надо будет обсудить, — ради мира. И тут тоже потребуется подготовка к разговору: как мы обеспечим безопасность наших государств — членов НАТО, одновременно давая гарантии безопасности России. Решения для всех этих вопросов надо будет иметь в готовности к тому моменту, когда мы сядем за стол переговоров...
То, что мы сейчас защищаем на Украине, — это принципы Хартии Объединенных Наций. Мы защищаем её территориальную целостность и национальный суверенитет. То, во что я верю, — это право народов распоряжаться своей судьбой. Это украинский народ должен распоряжаться своей судьбой. Это не мы должны решать, какова должна быть эта территориальная целостность, как и каким образом ее защищать. Наше дело — обозначить, не становясь участниками конфликта, что мы не принимаем нарушения этой территориальной целостности. И есть еще одна вещь, которая зависит от нас и за которую мы несем ответственность: это безопасность всей остальной Европы.
— Но разве поставки оружия на Украину не подставляют нас самих, Францию, под удар?
— С самого начала нынешнего конфликта мы установили два ограничения, две красные линии, которые мы не пересекаем. Во-первых, мы не ослабляем нашу собственную способность защитить свою территорию — на своей земле. Во-вторых, мы не поставляем оружие, способное поставить нас в положение, когда нас могли бы рассматривать как участников конфликта. А это значит: мы не даем оружие, позволяющее нанести удар по России на ее собственной земле... Так что мы будем расширять поставки — убыстрять их в рамках соблюдения этих двух ограничений... Сейчас уже украинские военные могут приезжать к нам и выбирать то, что им нравится, прямо у наших производителей. Мы сделали так, чтобы при этом могло использоваться финансирование из европейских фондов.