- После захода солнца он твой сын... - хотела бы я, слегка искажая слова Сараби, мамы Симбы, из «Короля льва», сказать Нике про котел.
Но, во-первых, все наши «дети» – хоть хвостатые, хоть железные – общие (даже «несносный», но все равно любимый в том числе и Никой Рогалик). А во-вторых, котел переходит под мою опеку с 5 утра, когда солнце зимой еще даже не думает выбираться из-под своего облачного одеяла и тихо и мирно спит (в отличие от меня).
«Все, на что падают лучи солнца, это мое королевство» - мысленно вторил Персик словам Муфасы, отца Симбы, сидя на столе, смотря со второго этажа на территорию Святополя и впитывая в себя тепло и энергию дневного светила (наконец-то проснувшегося и сиявшего во всю силу). Вообще кот выглядел очень красиво: рыжий, с густой, почти царской шубкой в лучах еще больше золотившего его солнца. Я смотрела на него и получала огромное эстетическое удовольствие от этой картины…
…А потом вдруг решила (я вся такая «внезапная»! Сама себе поражаюсь иногда) познакомить с Лимоном и его, организовав таким образом мужскую кошачью тусовку на втором этаже. Перекрыла первый и распахнула дверь в комнату чаузи…
Лимон осторожно показался в проеме: мало ли, что мы с Никой придумали а этот раз (кот, кажется, начинает постигать суть жизни в Святополе). Предварительно заворчал – на всякий случай. Персик увидел его и что-то мяукнул в ответ. Что-то не очень довольное, возможно даже предупреждающее, но все еще в рамках кошачьей вежливости, как мне показалось. И занял стратегически выгодную позицию в библиотеке за мной.
Котя сидел на кресле у входа в комнату Лимона. Чаузи вышел, привычно наорал на серого кота, потом развернулся, нашипел на Персика и аккуратно, но достаточно быстро вернулся в свою комнату – готовиться обороняться там, видимо, после того, что высказал нашим «старожилам». Оба кота просто молча смотрели на это чудовище: Котя расслабленно, уже зная его манеры (точнее, их отсутствие), а Персик выжидательно-наблюдательно и слегка напряженно, но без малейшего намека на драку и бегство (последнее вообще немыслимо в отношении этого кота).
Через какое-то время они переместились: Котя – на другое кресло, Персик – на мою кровать. Лимон же в какой-то момент вдруг стремительно выбежал из своей комнаты и помчался прямо на рыжего. «Вижу цель – не вижу препятствий» – выглядело это как-то так. Я моментально встала со своего рабочего места и громко сказала:
- Лимон, вежливее, пожалуйста!
Кот остановился как вкопанный.
- Видела бы ты сейчас его взгляд! – засмеялась Ника (от меня его частично закрывал шкаф). – «Вежливо?! Это вообще как?».
Изрядно подзагрузившись этим вопросом, Лимон вернулся в свою комнату – размышлять.
Потом он вышел еще раз, прошелся по всем местам, где до этого лежали коты, внимательно их изучил, понюхал, что-то поворчал себе под нос, а потом стал заглядывать за все углы (за шкаф, в библиотеку), предварительно громко и внушительно шипя в этом направлении, хотя там никого и не было. Работал на опережение, так сказать.
Пару раз еще погуляв по второму этажу, издалека понюхав спящих котов и посмотрев на них, Лимон вновь вернулся к себе – осмыслять. И размышлять на тему кошачьей вежливости (надеюсь).
А то ведь мы с Никой умеем задавать непростые вопросы и загружать ими мозг – не только себе!
Подписывайтесь на наш канал , чтобы узнавать еще больше историй о жизни с животными в лесу! И, конечно, приезжайте в гости !