Жил да был в Пекине купчишка по имени Ян Цюаньжэнь. Много тогда таких по столичным улицам ходило да торговало кто во что горазд. Ян Цюаньжэнь, например, продавал кур да уток на мясном рынке в самом центре города. Птица у него была самая что ни на есть отборная, всем на зависть да загляденье. И сам Ян Цюаньжэнь слыл мужичком башковитым, рассудительным и экономным.
Год шел за годом, копеечка складывалась к копеечке. Состояние Яна постепенно росло. И стал Ян всё чаще по дороге на рынок заглядываться на лавку торговца сухофруктами, над которой висела табличка "Дэцзюйцюань". Вывеска была ладная, красивая, сущее загляденье, да вот дела у торговца сухофруктами катились под гору. Стал Ян хозяина лавки обхаживать, и в итоге в 1864 году уговорил продать ее за недорого - не до скончания же дней торговать гусями да курами с утками на рынке, пора и остепениться.
Ну коли есть лавка, теперь нужно и название придумать честь по чести. Поскольку такие дела с кондачка не делаются Ян Цюаньжэнь решил раскошелиться и позвать профессионала, великого знатока фэншуя и прочих метафизических наук. Старик-знаток дважды обошел лавку кругом, огладил бороду и произнёс таковы слова: "Истинно говорю - повезло тебе, купчина. Волею Неба тут настоящее сосредоточие благодати. Суди сам - два переулка по сторонам лавки - что две рукоятки паланкина. Вот что я тебе скажу: снеси эту лавку, и поставь заместо нее здание в виде паланкина на восемь носильщиков. Сделаешь как я велю - и счастье твое будет безграничным, а будущее безоблачным!"
"Но как мне назвать заведение?" - спросил Ян Цюаньжэнь.
Снова мудрец отгладил городу и задумался, обратив очи к небу.
"Прежнее название с одной стороны было хорошим, - промолвил он в ответ, - а с другой стороны не очень, потому что довело хозяина до разорения. Ты вот как поступи: разверни прежнее название задом наперёд, и тогда тебя не оставит удача."
"Это что ж получается, - почесал голову Ян - Было "Дэцзюйцюань" станет "Цюаньцзюйдэ""?
Улыбнулся довольно купчина. По нраву пришлась ему идея мудреца. Мало того что иероглиф "цюань" из его имени остался, так еще и словосочетание "цзюйдэ", что значит "собрание добродетелей" привлечет самого требовательного из книгочеев и принесет удачу.
Решил Ян, на месте бывшей лавки ресторацию сделать всем на зависть. Надо сказать, что он давно, будучи торговцем птицей, интересовался как ловчее и вкуснее ее готовить. Особенно его интересовали утки.
Из песни слова не выкинешь - утку в Китае жарили еще за тысячу лет до описываемых событий, ну а к середине XIX века к описываемым событиям в Пекине уже имелись рестораны, где подавалась "фирменная" утка по-пекински. Правда она отличалась от той, что мы знаем сейчас - готовилась блюдо иначе: птица запекалась в закрытой духовке.
И тут Яну улыбнулась удача. Прознал он о старом поваре Суне, который некогда служил на кухнях у самого императора, где отвечал за приготовление уток, и недавно отошёл от дел на покой. Долго Ян уговаривал старика пойти к нему на работу и, наконец, тот сдался. Придя на кухню в ресторан Яна, Сунь неодобрительно покачал головой, показав на печь.
"Ее надобно переделать в жаровню, над которой мы будем вешать тушки уток. И дров следует заказать не абы каких, а из плодовых деревьев - груш или вишен. Государю мы готовим утку именно так"
Всё, что Сунь знал, всему Яна научил. И как утку потрошить, и как маринад готовить, и как выпекать тушку. Утка получалось всем на зависть - ароматная, с цветом кожицы как у спелого финика; с хрустящей корочкой, с нежным сочным мясом; сверху с жирком, но при этом его в меру; внутри постная, но не сухая.
С тех пор прошло больше 150 лет, а утка по-пекински до сих пор пользуется невероятной популярностью, как и ресторан "Цюаньцзюйдэ", который разросся до целой сети.