Знаменитый антропоморфный кот Матроскин – рассудительный, хозяйственный и запасливый, обладающий фантастической харизмой и потрясающим самообладанием.
Склонность этого мультяшного героя к рациональному мышлению привела к тому, что всю его кошачью мудрость давно расхватали на цитаты. Помните, как он пытался найти применение Шарику, который совсем было «закис» от ничегонеделания?
- А может нам из него ездовую собаку сделать, а? Купим ему тележку, будем на нем молочко возить на базар, огород на нем будем окучивать…
Иными словами: коли не знаешь, где найти применение – такой сгодится везде, на самых тяжелых и не нужных работах.
****
Кавалерия, конечно, элитный некогда род войск. И в первой половине XIX века это находило свое подтверждение в окладах нижних чинов. Так, младший канонир полевых пеших батарей по штатам 1840 года ценился в 1,16 раз (на 16%) выше рядового армейского пехотного полка, рядовой кавалерист армейского кирасирского или уланского полка – в 1,095 раз (на 9,5%) выше такого канонира.
Однако в условиях «современной войны», эпоха которой наступила в 60-70-х годах XIX века, ее применение, прямо скажем, стало жестко ограниченным. Соответственно, упали и спрос и цена.
Если раньше на тяжелую кавалерию полагались, как на род оружия, способный изменить ход сражения и принести желаемую победу (порой за счет одного «таранного» прорыва обороны противника), то затем пробивная мощность и скорострельность оружия поставила крест на подобной тактике. Да и сама тяжелая кавалерия исчезла, оставшись лишь красочным «декоративным оформлением» в гвардейских частях.
Познала модернизацию и легкая кавалерия. Отныне в ее функции входили в основном дозор (как разведка на передовой, а также охрана границ), сопровождение, прикрытие, а также преследование противника в бою. Среди «позорных» обязанностей стали преобладать перевозка тяжестей (прежде всего, в конной артиллерии и обеспечение тыла).
Все это отражалось естественным образом и на ходе мобилизации. Основной задачей всех задействованных в ней уровней было укомплектование пехотных частей, как основного рода войск. Благо на это людей всегда хватало.
Следом шли задачи по укомплектованию артиллерии и инженерных войск. Это были специалисты, которыми не разбрасывались. Также в цене всегда были различные мастеровые.
А вот с кавалерией дела обстояли всегда хорошо (т.е. плохо для самих кавалеристов). Как правило, действующие кавалерийские полки при мобилизации НЕ НУЖДАЛИСЬ в усилении (требовались лишь лошади, которых заставляли поставлять гражданское население), поэтому главным вопросом для армейского начальства был – а куда девать запасных, служивших прежде в кавалерии?
Впервые с подобной проблемой армейское командование столкнулось в русско-турецкую войну 1877-78 гг.
Так, в записке Военному Министру от 5 декабря 1876 года «По составлению нового расписания №6 о призыве нижних чинов запаса на службу» говорилось, что «…кавалерийские полки, имея одинаковый состав, как в мирное, так и в военное время, никакого укомплектования не требуют…».
Однако по «значительности наличного числа запасных людей» из кавалеристов образовывался громадный излишек, численностью в 14,000 человек, который проигнорировать было просто нельзя. В результате Главный Штаб рекомендовал использовать такой контингент «где попало»:
«… из которых 7,000 чел. может быть обращен на пополнение недостающего числа в артиллерийских парках, и отчасти в артиллерию. Кроме того, некоторую часть нужно назначать, на основании новой организации инженерных войск, ездовыми в понтонные батальоны; остальные же могут быть обращены на пополнение ездовых и обозных; в подвижных лазаретах и военно-временных госпиталях и подвижных аптеках…».
Как видно, из запасных кавалеристов призывалась только половина. Да и из нее по прямому назначению практически никто не использовался: направление в артиллерийские парки можно было считать существенным «понижением в должности» для некогда элитных солдат, а уж переквалификация в ездовые и обозные и вовсе ослабила значимость запасных до уровня «ниже плинтуса»: раньше гарцевали перед строем, а теперь какие-то аптечные принадлежности приходится таскать!
Это Вам не с шашкой наголо лететь вперед…
Хотя по сравнению со службой «на ногах», сидеть верхом на лошади было не так уж и плохо.