Однажды тёплым осенним вечером я возвращалась с работы домой. Было, наверное, начало октября, так как все уже ходили в верхней одежде: кто в пальто, кто в куртке. Я тоже была одета по-осеннему, во всё черное: в трикотажное чёрное полупальто с чёрным шарфом на шее, черные вельветовые брюки, ботинки и сумка дамская тоже были чёрные. Вообще-то я чёрный цвет не люблю, но так получилось. К тому же, на воротнике, манжетах и по подолу пальто были красивые жёлтые треугольные вставки, с жёлтой каймой, а на шарфике - жёлтые, узоры. Узоры, очень красивые, нанесла на шарфик моя дочь, так что этот шарфик стал моим любимым осеннее-весенним не только шарфиком, но и украшением. Ещё хочу сразу отметить, что весь мой наряд, в общей сложности, не дотянул даже до тысячи рублей - всё куплено на рынках по «грошевой» цене, но качество было хорошее.
Так вот, иду я неторопливо домой, вижу, на углу нашего дома бойкая торговля дарами осени. К нам достаточно регулярно приезжала семья, наверное, фермеров, из Тамбова. В разное время года они привозили разный товар на продажу (любила покупать у них сало, очень вкусное!). В тот вечер в ассортименте были капуста, морковь, лук, картошка – это то, что я увидела, сунув свой нос. Покупатели, в основном, покупательницы плотно обступили продавца, я решила, что обойдусь и продолжила свой путь. Неожиданно за моей спиной раздалось:
- Идёте как королева!
Это воскликнула женщина пенсионного возраста, одетая в дутую куртку (раньше их называли «бомжовка», хотя теперь их носят почти все и они уже не «бомжовка»). В руках у женщины были две большие хозяйственные сумки с овощами.
- Спасибо, ответила я.
- Это не комплимент, с возмущением сказала женщина, поравнявшись со мной, теперь мы шли рядом.
- Спасибо, повторила я.
- Я раньше тоже красиво одевалась, с раздражением заметила мне попутчица.
- Рада за вас, ответила я.
- Раньше я работала в гостинице «Украина», а теперь на пенсии.
- Хорошо, что там работали, жаль, что теперь на пенсии. Я пока работаю, спокойно, доброжелательно, но повышая голоса, ответила я. Тут мы подошли к моему подъезду, я, пожелав женщине всего хорошего, вошла в свой подъезд.
Прошло уже много лет, но мне до сих пор помнится этот наш случайный разговор. До сих пор жалко ту незнакомую, видимо, уставшую и, надеюсь, не одинокую, женщину, своими раздражёнными восклицаниями, практически пожаловавшуюся на прошедшие годы, на пенсионный возраст, на приближающуюся старость и на небольшую пенсию, на которую теперь она живёт.
