Кому пятница, а кому и тяпница. Фея-крёстная, навёрстывая упущенное время, зачастила с визитами, желая непременно причинить мне добро. Наконец мы нашли компромисс: встречи строго в конце рабочей недели, пока ребёнок на тренировке. Нечего ему уши греть да смотреть, как две тётки пьют винишко по акции. Кстати, зная страсть феи к дурацким превращениям, я покупаю алкоголь сама. Так больше шансов остаться в живых, чем после наколдованного кьянти.
— Нашшот прынца не передумала? — дежурно поинтересовалась фея. Получив отрицательный ответ, удовлетворённо кивнула и огорошила. — Тебе нужон враг!
Я поперхнулась вином. Благодетельница размеренно лупила меня по спине, вызывая потоки слёз, и объясняла политику партии:
— В сказке без врага никак нельзя. Тебе надо его побороть в честном бою. А я помогу.
— В чистом поле, скажи ещё, — прохрипела я. — Нет у меня врагов!
— Как скучно ты живешь, — скривилась фея. — А злой начальник?
— Добрый!
— Водитель ахтобуса, который захлопывает дверь перед носом?
— Я пешком хожу.
— А, ну да. Тогда хто?
Сосед слева, возраста потенциального владельца перфоратора, был на волосок от превращения в кабачок (здесь ребёнок и крёстная сошлись во мнениях). И тут меня осенило.
— Лишний вес! Мой враг — лишний вес!
Под взглядом феи я втянула живот.
— Мда, тута медицина бессильна, — покачала она головой.
— Зато химия хорошо зайдёт. Окисление жирных кислот с выделением энергии, то-сё — разберись, короче. Ты фея, тебе и палочка в руки.
В следующую пятницу фея победно размахивала рекламной листовкой.
— Заказывай пиццу, таперича можно жрать всё!
Глянцевый лист обещал похудение на 5 кг за 2 недели без диет и изнуряющих тренировок. Крёстная потыкала палочкой в разделочную доску, буквы с рекламки перепрыгнули на возникший экран. Логотип клиники был до боли знаком.
— Не вариант. Этот текст я сама писала. Понимаешь, вообще-то у меня есть принципы, но тогда срочно нужны были деньги…
— Лады, — неожиданно легко согласилась фея. — Хошь, сделаю так, что ты будешь есть всё и не толстеть?
— Хочу, — наконец сдалась я.
Крёстная радостно взвизгнула и разлила вино по бокалам.
На следующее утро меня разбудил крик.
— Ненавижу кабачок! — рыдал ребёнок.
Кабачки. Везде кабачки. В кабачки превратилась хлеб, картошка, жареная курица и даже пельмени в морозилке.
— Сами их жрите! Верните мне нормальную еду! — бесновался сын.
Неделю он питался в кафе, ибо вся еда, принесённая домой, автоматически превращалась в кабачки. Мой кошелёк худел быстрее, чем я. Через неделю кабачковое безумство утихло. Но нервное похрустывание бывшей колбасой и бывшими сушками вылилась в плюс 5 кг и с трудом застёгивающиеся джинсы. Видно, в кабачках остались-таки калории прежних продуктов.
Ну, фея, удружила! В мечтах я вижу, как её фигура превращается в тыкву — так, чтобы она даже боком не прошла в дверной проём…
Так что те, кто в сказке был, мёд-пиво пил, по усам текло, да в рот не попало — радуйтесь! Кто знает, что там крёстная нафеячила?
