Несколько дней назад мы с вами обсуждали тему предложенную мной. А именно Людмилу Гурченко и ее отношение к жизни, карьеру и сложности с которыми она столкнулась на пути.
Так получилось, что некоторые люди очень негативно реагируют на высказывания против их идолов. Вот и под моей заметкой началась, как я люблю выражаться Святая инквизиция. Но давайте разберемся? Культурно высказанное мнение без оскорблений – это норма. У нас все-таки люди имеют право высказываться.
Очень повеселила категория комментариев примерно следующего содержания:
«Да как вы смеете что-то говорить про Гурченко!»
Вот так вот говорить можно только одно: она была святая. Все остальное будет расценено как некультурное и никому ненужное мнение.
Но меня порадовала статистика. Все-таки большая часть людей заглянувших в мою заметку согласились, что в определенный момент Людмила Гурченко изменила сама себе. Да, она талантливо сыграла в «Карнавальной ночи». Хотя Рязанов и там указывал ей на ужимки и требовал избавиться от них в кадре. Не тот фильм, чтобы ужимки были.
Она талантливо сыграла в «Вокзале для двоих», картине «Пять вечеров».
Человек, который хочет оскорбить, он скажет, что Гурченко вообще в каждом фильме была пустая как вазочка. Я же говорю, что талантливые работы есть, но до периода «хо-хо-хо» и ужимок.
Комментаторы также указали мне на кусочек текста: «Гурченко пережила десять лет забвения после того как отказалась сотрудничать с определенными органами. Не снимали».
А читатели пишут: да вы что? Еще как снимали. Каждый год по фильму. Так что эту красивую сказку придумала сама актриса. Для жалостливого эффекта.
Ну и я как зритель не могу отрицать, что, так или иначе, связываю человеческие качества с артистом. Получается так: артист редиска нехороший человек, но очень талантливый. Ну, все! Не смогу я воспринимать его положительно не оглядываясь на эти самые нехорошо-редисочные поступки.
Так и с Гурченко. Так и с историей судилищ за квартиру с родной дочерью. Комментирующие под прошлой заметкой возмущались: мол, дочка должна была соответствовать матери. Быть яркой и красивой. А дочка не соответствовала вот мать и злилась. Правда? А разве это мать?
Мать уж простите, любит свое дитя, не смотря и вопреки. Дочку воспитала бабушка, а Гурченко в итоге решила злиться на нее за земную профессию медсестры, не очень яркую внешность и судиться за квартиру. «Материнская любовь» – во всей красе!
И вот попадаются мне в ленте другие заметки, других людей на тему Гурченко. Недавно у нее был день рождения – это неудивительно.
И вижу комментарий.
«Съемки фильма «Любовь и голуби» были в моем родном городе Медвежьегорске. Когда приехали артисты, Гурченко сказала: «В какую же дыру меня привезли». А Меньшов был человек резкий и ответил: «Покупаю билет до Москвы и счастливого пути! Я найду другую Раису». В итоге Гурченко была шелковая до конца съемок».
Есть люди с плохим характером и для меня этот случай еще один яркий пример. Но, безусловно, не могу ручаться за дословную подлинность этого диалога.