«Возвращение»

Без имени. Без прошлого. Без надежды.
Он как будто и не жил всё это время, а существовал.
Жизнь превратилось в сплошную серую полосу. Полосу с названием… долгое возвращение домой! Все эти 20-ть лет он знал только одно, что был когда-то солдатом.
Воевал. Был ранен и контужен. Потерял память. Попал в плен.
Кто-то в ауле назвал его Шура, от слова «шурави» (как звали местные всех советских солдат). Все эти годы с этим именем ему и предстояло прожить там, взамен на пищу выполняя самую тяжёлую работу.
Враждебное отношение его хозяев, с годами сменилось на новое, снисходительное. Ведь он стал таким же, как и они. Своим.
Долгое время Шура пытался вспомнить хоть что-то о себе. Не получалось.
Однажды хозяин взял его сопровождать груз на границу с Пакистаном. Контрабанду везли по ночам. Днём маскировались под торговцев. Когда товар был уже продан, обоз разбили на ночлег. Все легли спать. Ночь, как верная союзница давала шанс. Шанс, который мог больше никогда не представиться! И он его использовал.
Шёл долго. Всю ночь. Потом весь день. Первый город, попавшийся на пути, был уже в другой стране. Пакистан.
Шура быстро нашёл здесь работу за небольшую зарплату на стройке. Спал там же. В подвале строящегося дома была комната для чернорабочих, которая и стала ему приютом на ближайшие месяцы. Что ждало впереди, было неизвестно. Он привык к неизвестности. Она уже не пугала его. Но, однажды...
Поднимая кирпичи на ручном лифте, Шура оступился и упал на спину, сильно ударившись головой. Когда вернулось сознание, понял, что лежит на кровати. Голова перевязана, в вене капельница. Лицо начальника стройки, склонившееся над ним, спрашивало о его самочувствии, а оно, несмотря на боль в затылке было лучше, чем за все прошедшие годы. К нему вернулась память!
И всё то, что столько лет было стёрто и забыто, начало возвращаться. Как тонкая родниковая струйка, память стала заполнять его разум.
Кто-то спросил: - «Как чувствуешь себя, Шура?»
А он приподнялся и наслаждением слушая самого себя, сказал по-русски:
- «Старший сержант Петров я... Игорь Андреевич!»
Местные быстро научили, где купить поддельный паспорт. Денег, накопленных за время работ, хватило, и вот уже паспорт гражданина Республики Пакистан лежал в кармане его потёртой куртки. Потом копил деньги на одежду, на билет и турпутёвку в Россию. Прошёл ещё один год. Но, что такое один год, по сравнению с двадцатью прожитыми без памяти в чужой стране. Цель грела. Давала надежду!
Игорь возвращался в Россию чужестранцем. Но главным было только одно… вернуться! Любой ценой!
Таможенник спросил на английском: - «Цель, Вашего, визита?»
И этот нелепый ответ: - «Туризм!»
А душа кричала! Душа плакала и кричала от счастья! Ему всё время казалось, что это сон. И было страшно проснуться! Но сон всё больше приобретал черты реальности.
А уже через несколько часов электричка привезла его к перрону станции родного посёлка. Голова кружилась, слёзы текли из глаз. Люди поворачивались, чтобы рассмотреть подробнее странного мужчину с тёмным загаром на изрезанном глубокими морщинами лице, стоящего и тихо плачущего на выходе из вокзала. Какая-то сердобольная женщина дотронулась до локтя и спросила:
- «Может вам помочь, мужчина?»
Игорь посмотрел на неё и прошептал мокрыми от слёз губами:
- «Спасибо! У меня теперь всё хорошо!»
От нахлынувших чувств сердце стучало, как барабан и казалось, что перепонки в ушах лопнут сейчас от этого стука. Ватными от усталости ногами он дошел до своей улицы. Нашёл свой дом. Его родной дом!
Память, как виртуозная художница быстро нарисовала иллюстрацию двадцатилетней давности. Чёрно-белую картинку, в которой его провожают в армию мама и отец.
Они стоят на пороге, а он им машет рукой, сидя на заднем сидении мотоцикла дяди-Коли, который отвезёт его в военкомат. А потом уже будет «учебка». Афган. Плен.
Игорь сделал шаг и толкнул дверь в дом. Она была открыта. Родители никогда не закрывали её. Он вошёл. За столом сидела седая женщина. На стене висел портрет отца. И его портрет… в гимнастёрке. С последней фотографии после присяги.
Женщина положила на стол клубок шерсти и спицы, которыми что-то вязала и повернулась. Их глаза встретились...
Игорь дрожащими губами промолвил:
- «Я вернулся, мама!»

Сергей Манжелеев
18.08.2010