— Эй, дракон! Выходи на смертный бой! Зевнув, Эйден приподнял шипастую голову: спросонья, что ли, послышалось? Увы, надежды его были напрасны – снаружи донесся еще один дикий вопль: — Выходи, мерзкое чудовище! Дракон, который и заснул-то всего пару часов назад, горестно застонал: опять нелегкая принесла какого-то рыцаря! Ведь он специально поселился на самой высокой и неприступной горе, чтобы наконец-то избавиться от постоянного потока подобных «гостей», но и здесь ему нет покоя! Тем временем очередной искатель приключений продолжал надрываться возле входа в пещеру Эйдена, требуя, чтобы «трусливый ящер покинул свое смрадное жилище и принял смерть от благородного рыцарского клинка». Дракон еще раз вздохнул – видимо, разбираться с этим нарушителем спокойствия ему все-таки придется. Он неохотно выполз наружу – и едва успел уклонился от острого копья, пущенного ему прямо в глаз. Раздраженно зарычав, выпустил в наглеца струю пламени, но тот чудесным образом сумел от нее увернуться, выкрикив