У нас в семье произошло горе - умерла моя старшая сестра. У нее остался сын с большими особенностями развития. Мама настаивала, чтобы я оформила над ним опеку и забрала из интерната. А я отказалась. Теперь я самый ужасный в мире человек. Очень жаль, что мою точку зрения мама во внимание не принимает.
Нас у мамы было трое - моя старшая сестра, брат, умерший в младенчестве, и я. Теперь осталась только я и сын старшей сестры, сейчас ему семь. После смерти сестры мама была твердо уверена, что я оформлю опеку на племянника, но я этого делать не собираюсь. Кто-то назовет меня эгоисткой, но я просто рассчитываю свои силы.
Сестра родила, когда мне было двенадцать лет. На тот момент она уже вышла замуж, все у них вроде как было хорошо. Разладилось, когда сестра забеременела. Врачи на обследовании заметили какие-то отклонения, подняли анамнез сестры, нашей мамы, выяснили, что имеется высокий шанс рождения глубокого инвалида. Сестре предложили прервать беременность.
Муж был только за, он поддерживал сестру, но в дело вмешалась наша мама. Она убедила, что врачи могут ошибаться, что если на роду написано воспитать такого ребенка, то другого она и не родит. В общем, запудрила голову, я считаю. Сестра родила сына. Врачи сразу направили его на обследования. Прогнозы сразу не отличались оптимизмом.
По мере взросления у мальчика выявлялся целый букет заболеваний, я помню только о ДЦП и еще каком-то заболевании, от которого страдает мозг. Муж от сестры ушел, когда понял, что ребенок никогда нормальным не станет и даже общаться нормально не сможет. Сестра с сыном вернулась в мамину квартиру.
Мама с сестрой упорно таскали ребенка по врачам, гадалкам, бабкам, массажам. Специалиста в один голос твердили, что максимум, что можно делать - обеспечивать потребности ребенка, вылечить не получится. По их прогнозам, такие дети редко доживают до подросткового возраста.
В квартире всегда пахло какими-то лекарствами, племянник часто ревел и орал. Даже в нашей трешке я не могла найти место, чтобы меня не трогали. Мать и сестра были заняты ребенком, поэтому бытом полагалось заниматься мне. Готовить, выбрасывать мусор, убирать, стирать. Все, что не входило в зону отношений к ребенку, маму не интересовало.
Потом кто-то сказал им, что есть шанс на улучшения, если прооперировать ребенка в Германии. Стоило это, конечно, космических денег. Но мама их нашла. Она продала трешку, а на оставшиеся от операции деньги купила однушку. Пока они ездили, я жила у бабушки по отцу. Мне было 15. Больше я с мамой не жила никогда.
В десятый класс я не пошла, забрала документы и поступила в колледж. Финансово помогала бабушка, мама только звонила и кормила нравоучениями, денег у нее, разумеется, никогда не было. Сестра ведь не работала толком, жили на ее пособия и мамину пенсию.
Бабушка очень осуждала маму за то, что она продала квартиру, лишив меня наследства.
- Ладно бы жизнь спасала кому-то, слова бы не сказала. Но там же овощ, чего ради дочери жизнь гробить? Старшей уже загубила все своими советами идиотскими! Вместо того, чтоб гоняться за миражами, лучше бы дочерью занималась. Девочке 15 лет, она при живой матери сирота! - Злилась она.
Поэтому бабушка решила восстановить справедливость и свою однушку переписала на меня. По ее мнению, сестра от матери свое уже получила.
- А то им волю дай, без штанов по свету пустят. Я хоть спокойна буду, что ты не на улице останешься.
Тогда, в 15 лет я не слишком понимала всю ценность бабушкиного подарка. А вот теперь, в 19, я ей так благодарна. Жаль, что сказать этого я уже не смогу. Бабушка ушла на месяц раньше сестры.
Не успела я оправиться от одной ужасной потери, как мама позвонила со второй страшной новостью. И сразу встал вопрос о судьбе племянника.
- Мне опеку не дадут, я старая. Поэтому оформляй на себя. Тебе же бабка оставила квартиру, как раз одну комнату под ребенка выделишь.
Мама не спрашивала, мама ставила перед фактом, она уже все решила. А я взяла и сказала, что не собираюсь этого делать.
У меня нет никакого желания и возможности заниматься им. Это огромная ответственность, мне в 19 лет она совершенно не нужна. Я считаю, что в специализированном учреждении ему будет лучше, потому что медики смогут обеспечить ему уход. К тому же, совершенно не могу себе представить, как я буду с ним справляться. Я не хочу брать на себя такую ношу. Мама своей упертостью загубила жизнь сестре, мне детство и теперь хочет уничтожить мою молодость.
Когда я все это ей сказала, она меня прокляла, сказала, чтобы я не звонила ей и пожелала сдохнуть в канаве. Вот такое отношение в родной дочери, но зато переживает за племянника, у которого нет сознания и разума, одни рефлексы и инстинкты.
Хочу просто забыть всю эту историю, как страшный сон.