60 миллионов лет назад, маленькая листорезная моль села на древнее платановое дерево, чтобы отложить яйца в его листьях. Личинки росли, укрывшись в удобном вольере, похожем на спальный мешок, между тонкими слоями листа. Вылупившись, они прогрызли себе путь на поверхность и ушли, чтобы увековечить своих сородичей. Большая часть пережеванных листьев упала на землю, вскоре после этого разложившись.
Но этому листу, как и нескольким другим счастливчикам, было предназначено нечто другое, невообразимый подвиг, граничащий с бессмертием. Когда он упал, этот лист либо погрузился глубоко в грязь, либо был унесен разлившейся рекой, которая похоронила его в слоях отложений. Там, вдали от кислорода и бактерий, которые могли бы покончить с тем, что не удалось личинкам, он выжил на протяжении тысячелетий, превратившись в окаменелость. Он лежал там, спрятанный в безвестности, пока однажды ученый Лорен Шмидт, которая работала над раскопками таких реликвий, не обнаружила его на ископаемом слое в Южном Вайоминге.
Шмидт вырвал лист из скалы палео-киркой и вырезал его из каменной плиты. В своей лаборатории в Университете Вайоминга, где она работала над докторской диссертацией, она поместила окаменелый лист под микроскоп и изучила остатки доисторических личинок, отметив нанесенный ущерб — круглые, похожие на отверстия карманы, в которых жили существа. Затем она добавила образец к существующей коллекции изжеванных и поцарапанных древних листьев, которая к концу ее докторской работы составила настоящий лес.
В этом “каменном лесу” Шмидт и ее руководитель, задокументировали различные типы повреждений листьев — концепцию, которую они описывают как “разнообразие повреждений”. Они обнаружили семь видов миниатюрных децимаций, от дырок до желчи и пирсинга. Затем они сравнили повреждения листьев, нанесенные доисторическими насекомыми, с разрушениями, произведенными существами нашей эры. Результаты оказались не такими, как они ожидали.
Они обнаружили, что по сравнению с насекомыми позднего мелового периода — около 67 миллионов лет назад — современные насекомые наносят беспрецедентный ущерб растениям. Более свежие листья, собранные вручную из современных пород дерева и из существующих гербариев — Смитсоновского центра экологических исследований в Мэриленде, Гарвардского леса в Питершеме, штат Массачусетс, и Ле—Сальвы в Коста-Рике, - были более изжеванными, проколотыми и деформированными, чем те, что были много веков назад.
“Разница в повреждениях от насекомых между современной эпохой и окаменелостями поразительна”, - говорит Шмидт. Они также обнаружили, что уровни ущерба быстро увеличивались за последнее столетие. У образцов гербария начала 2000-х годов вероятность повреждения насекомыми была на 23 процента выше, чем у образцов начала 1900-х годов.
Их результаты, опубликованные в октябре этого года, добавляют новый зловещий поворот в экологическую судьбу растений и деревьев. Сегодня нам как никогда нужны леса для улавливания углерода и преобразования углекислого газа в кислород для борьбы с изменением климата. Но страны уничтожают леса, чтобы освободить место для откормочных площадок для животных. Лесозаготовительные компании круглосуточно используют бензопилы, чтобы поставлять древесину для домов, мебели, гитар, бумаги, вы. Такие деревья, как могучий голландский вяз, вырубаются пандемией болезней. И теперь появляется возможность того, что наш век порождает стаи супер насекомых, которые прокладывают себе путь через леса.
Другой возможностью является недавнее быстрое перемещение видов насекомых. После промышленной революции люди стали путешествовать гораздо шире, чем когда—либо прежде - сначала на лодках и поездах, а затем на автомобилях и самолетах. Они начали переносить и распространять — иногда случайно, но часто намеренно — растения, животных и насекомых в новые места, способствуя распространению инвазивных видов, которые часто уничтожали местные растения в больших масштабах, чем насекомые, которые сосуществовали с этими растениями на протяжении веков до этого.
Означает ли это, что мы смотрим в мрачное, безлиственное будущее? Прямо сейчас нам нужны наши деревья больше, чем когда-либо — для улавливания углерода и преобразования углекислого газа в кислород для борьбы с изменением климата. Ученые говорят, что они несколько оптимистичны в отношении того, что мы все еще можем исправить ситуацию с помощью довольно очевидных средств, таких как ограничение использования химических веществ.