Рождается новое политическое движение
В Санкт-Петерубрге состоялся первый съезд женского содружества «Мягкая сила», в котором участвовала депутат Думы Великого Новгорода, лидер местного «Яблока» Анна ЧЕРЕПАНОВА:
– Движение возникло 22 февраля – накануне начала «спецоперации» в Украине. Оно общественно-политическое, оппозиционное. К нему присоединяются женщины, не согласные с политикой Путина, с его решениями по Украине и внутри нашей страны. Мы стоим на ценности человеческой жизни, горизонтальных связей, отрицании вседовлеющего государства, которое уже очень многим сломало жизнь.
Вход в движение – инициативный. Если вы разделяете цели и задачи, то подписываете его манифест. Движение – горизонтальное, не иерархическое, не вертикальное.
Форум решили провести, чтобы все члены движения могли познакомиться, обсудить планы на будущее.
– Что за женщины присоединяются к движению?
– Мы – не активисты, мы – политики, которые своими действиями в рамках закона хотят изменить ситуацию в нашей стране. Это разные женщины из разных регионов, которые заявляют свою политическую позицию, занимаются правозащитой, журналистикой. Они видят, что в условиях ограничения свободы слова вести диалог с обществом через СМИ практически невозможно. В общем, это активные женщины-лидеры.
– А почему именно женщины?
– В своих рядах мы видим и мужчин, которые разделяют цели, задачи и, главное, методы движения – они у нас мирные, ненасильственные. Потому что отвечать насилием на насилие – это раскручивать страшный репрессивный маховик, который может привести страну к страшным последствиям. Мы ориентированы на методы убеждения. Мы за то, чтобы разговаривать с людьми, а не нагнетать обстановку.
– Можете рассказать о конкретных задачах движения?
– Во-первых, убрать политическую пропаганду из школ. Мы разработали шаблон заявления, по которому родители могут освободить ребёнка от обязательных посещений «разговоров о важном». К этой работе ещё подключился «Альянс учителей». Мы говорим гражданам: «Если вы не хотите, чтобы ваш ребёнок был изувечен политической пропагандой, то на эти уроки можно не ходить, так как они носят факультативный характер».
Во-вторых, наше движение разрабатывает законодательные инициативы для того, чтобы политзаключённых в России не было. Но пока они есть, нужно провести гуманизацию правоприменительной практики по отношению к ним. Участники движения ходят на судебные процессы, пишут письма поддержки фигурантам политических дел, оказывают медийную поддержку.
– Кроме политиков и журналистов кто ещё присоединяется к движению? Может, учителя, врачи?
– Мы бы очень хотели, чтобы они присоединялись. Но сейчас мы говорим о том, что должны быть лидеры, которые покажут, что есть такое движение. Хотелось бы, чтобы присоединялись те, кто до этого не интересовался политической деятельностью. Которые поняли, что их «неучастие» до этого привело к большой трагедии в России.
– Как находить контакт с согражданами в условиях, когда разговоры о политике большая часть общества воспринимает как токсичные?
– Когда люди уже теряют своих родных и близких, теряют привычный уклад жизни, то они понимают, что «неучастие» приводит к дальнейшему наступлению государства. Поэтому для кого-то высказаться, присоединиться к движению сейчас становится делом принципа. А коллективное действие, на мой взгляд, безопаснее, чем индивидуальное, например, в Интернете или «в реале».
Я думаю, что если мы будем аргументированно объяснять нашу позицию, наши идеи будут иметь поддержку. Сейчас очень важно спокойно и по-человечески разговаривать с людьми, потому что нормального диалога нет, идёт постоянное перебрасывание обвинениями, вплоть до оскорблений. Надо использовать силу убеждения и помогать людям.
Может, кто-то увидит, как мы помогаем, например, политзаключённым, и задаст себе вопрос: «А почему эти люди находятся в тюрьме? А это точно правильно? Почему у нас в стране человек оказывается за решёткой за высказывание своего мнения?». С таких вопросов и начнётся преодоление социальной апатии.