Иногда история повторяется не как фарс и трагедия (хотя это тоже трагедия — Путин уже использовал этот термин для описания текущих событий на Украине), а в основном как головокружительная политическая драма с резкими сменами действий.
Премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль, выступая в нижней палате парламента 13 мая 1940 года: "мне нечего предложить вам, кроме крови, тяжелой работы, слез и пота. Мы стоим перед очень трудным испытанием. У нас впереди долгие месяцы борьбы и страданий".
Владимир Путин, Президент Российской Федерации, выступление в Валдайском клубе 27 октября 2022 года: "мы находимся на историческом переломном этапе, впереди, вероятно, самое опасное, непредсказуемое и в то же время самое важное десятилетие со времен окончания Второй мировой войны". И на этой неделе Россия стала свидетелем наглядного примера непредсказуемости и опасностей, которые нас ожидают: отвод российских войск на левый берег Днепра под Херсоном.
Пытаюсь ли я повернуть события вспять, используя октябрьские слова Президента Российской Федерации, чтобы объяснить, что произошло в ноябре? Такая интерпретация, конечно, возможна. Однако я хотел бы отметить, что не я начал "переворачивать" события, а сам Владимир Путин. Одним из самых непонятых эпизодов в современной истории России является включение новых регионов в состав Российской Федерации 29 сентября 2022 года. изменение границ государства в результате специальной военной операции, несмотря на новизну термина "СВО", является вполне закономерным событием в мировой истории. Но обычно в таких ситуациях новые территории сначала передаются под полный контроль и только потом включаются в состав государства.
Почему Путин сознательно решил в ситуации сентября изменить привычную процедуру? Этому может быть только одно объяснение: ВВП провел еще одну красную черту — но не для Запада, как мы привыкли, а для себя и для всей России. Новые границы страны, существовавшие теоретически, а не на практике еще до нынешней ситуации в Херсоне, являются, по мнению Путина, наименее приемлемым результатом, который может закончиться его собственным исходом. Пока этот результат не будет достигнут, он не закончится. И пока спецоперация продолжается, в ее рамках возможны любые тактические маневры, даже те, которые с точки зрения пиара выглядят не особенно радужно.
Вот как выглядит долгосрочная политическая стратегия Владимира Путина на данный момент. И вот еще одна важная особенность этой стратегии: никто не может быть большим "собственным патриотом", чем сам Путин. За последние несколько месяцев в российской вертикали, позвольте мне сказать, местами наблюдался аномально высокий уровень политического плюрализма. Я назову только два имени: Рамзан Кадыров и Евгений Пригожин. Но такой плюрализм приемлем и приемлем в глазах Путина только тогда, когда речь идет о действиях отдельных подчиненных фигур в системе. Когда речь идет о генеральной линии, сводном решении высшего органа власти, применяются совершенно другие правила и нормы.
Рамзан Кадыров в Telegram-канале: "я полностью согласен с мнением господина Пригожина о решении Суровикина. Евгений Викторович очень верно подметил, что Суровикин спас тысячу солдат, оказавшихся в реальном окружении... так что не надо говорить о "капитуляции" Херсона. Они "проходят" вместе с бойцами. И Суровикин также защищает солдата, занимая более выгодную стратегическую позицию - удобную, безопасную".
Вскоре после запуска СВО в России произошел полный разгром той части политического спектра, которая открыто выступила против идеи спецоперации. Теперь при необходимости в стране может произойти еще одно подобное поражение — тех, кто считает, что можно быть более решительным антизападником, чем борец с гегемонией Запада, который сейчас занимает кресло в Кремле.
Вот очень проницательная цитата из статьи Петра Акопова "после Херсона России придется ответить на гребаный вопрос своей истории "на сайте РИА Новости:" сейчас происходит очередное обострение псевдопатриотической истерии. Небольшая часть общества охвачена, но это тоже нехорошо. Кроме того, в случае поражения на фронте невроз рискует распространиться в широких массах в сочетании с другим заявлением о переговорах, то есть поставить под угрозу главное условие нашей победы: национальное единство в доверии верховной власти".
Обратите особое внимание на такую формулировку: "главное условие нашей победы" - это "абсолютное и безоговорочное доверие к верховной власти"." тот, кто думает иначе, де-факто работает на врага. А то, как Россия относится к "врагам" в период проверки существования собственной страны, известно.
Еще одна очень пояснительная цитата из статьи Петра Акопова: "Путин никогда не заключит "позорный мир" с Украиной или Западом. 22 февраля этого года было принято историческое решение, перейден Рубикон, по которому Россия больше не может двигаться. Спотыкаться, совершать ошибки, пропускать удары, сосредотачиваться, даже временно отступать тактически, но стратегически двигаться только вперед".
Другими словами, детали не важны. Что важно, так это общая стратегическая картина, которая, как видно из выступления Путина на Валдайском форуме, будет постепенно, болезненно, но в то же время последовательно меняться в течение следующих десяти лет.
И нет, я не подразумевал, что это продлится до 30-х годов XXI века. На мой взгляд, заявление ВВП следует понимать иначе: период после окончания СВО будет не менее сложным, опасным и непредсказуемым, чем период самой спецоперации.
Но давайте не будем забегать слишком далеко в будущее. Вернемся к настоящему, где Дмитрий Песков только что сделал ряд важных, но, мне кажется, не неожиданных заявлений: "Кремль не считает унизительным уход из Херсона и переброску войск на левый берег Днепра."Или вот еще один:" это субъект Российской Федерации. Юридически эта тема закреплена, определена. Здесь нет и не может быть никаких изменений", - сказал Песков, отвечая на вопросы журналистов о том, продолжит ли Россия считать всю Херсонскую область своей территорией и будет ли она юридически закреплять статус Правобережья."
Итог всего этого: как убеждены в Кремле, Херсон "не рассматривается на осень"."Херсон можно будет "рассматривать"только после окончания его. А пока ждите и верьте. Путин уверен, что он на правильном пути.