(Июнь 2016). Вчера у меня поднялось давление. Не то, чтобы я сильно удивилась этому факту - возраст подходящий, но, обычно, оно падает «ниже плинтуса». А тут, нате, пожалуйста – зашкаливает! Даже уши заложило как у подводника. Причина недуга брала истоки в утреннем событии. Дело в том, что меня два раза приложили по матушке за попытку отнять маленьких щенков у бегающей детворы. Хамство десятилетних оппонентов так впечатлило, что, к вечеру, я чувствовала себя «аквалангистом», лежащим на дне Марианской впадины. И чего я полезла к ребятне? Галдящая толпа вырывала щенков друг у друга, качала на качелях, катала на велосипедах, спускала с горки, прятала в разных уголках села и всё это в тридцатиградусную жару. Детей можно было понять– в их руки попали живые игрушки. Взрослых же, выбросивших на улицу недавно родившихся, но уже открывших глаза крох, я понять не могла и переживала - ведь «заиграют» же насмерть! Не выдержав, всё-таки отправилась просить детей вернуть малюток маме–собаке, которая металась по улицам. Вскоре обнаружила крошечную девочку с глазками - бусинками и коричневыми лапками. Она сидела маленьким пыльным комочком посреди проезжей части. Мимо промчалась троица со щенками, и я успела крикнуть им вслед: «А что же вы её-то бросили на дороге?». Не притормаживая, мне ответили: «А ваше, какое дело? Нам она не нужна!».
Что ж, малявка оказалась нужна маме… Ошалевшая собака выскочила из-за многоэтажки, подбежала к нам, тявкнула, и щенуля вмиг вывернулась из моих рук, чтобы неуклюже припустить за родительницей. Я даже «Ой» сказать не успела. Так и осталась стоять на дороге в растерянности. Неужели и я когда-то была такой же глупой, как и все дети? Увы!..
*****
После отправки нас с сестрёнкой в детдом, отчий дом простоял ещё три года, прежде чем его снесли. На первые летние каникулы тётя привезла меня именно сюда. Вторую половину избы, к тому времени, уже продали человеку, разводящему песцов. Я, честно говоря, даже не знала о существовании таких животных, когда заглянула в приоткрытые ворота, вспомнив, что когда-то здесь жили дядя Митя с женой. По всему периметру двора стояли клети. Через решётки виднелись удивительно красивые зверьки, и мне захотелось их потрогать. Но я не успела. На крыльце появился довольно грозный дядька, и мне пришлось пулей выскочить за ограду. Трезвый отец, которого я засыпала вопросами, рассказал, что сосед дядя Толя разводит песцов на шапки и воротники. В силу возраста, я плохо понимала, каким образом животные могут быть связаны с шапками, но тревогу почувствовала. Поэтому до вечера бродила вдоль забора, заглядывая под ворота и в дырки между досок. Посмотреть на зверьков мне больше не удалось. Зато я заметила то, что пропустила, когда заходила во двор. Оказалось, что у хозяина имелась собака. Её будка стояла в отдалении, и я прозевала такое важное обстоятельство. А ведь это могло бы мне дорого обойтись - собака была кормящей. Около неё копошились скулящие комочки, и я сразу потеряла интерес к песцам - щенки гораздо понятней и забавней.
К вечеру, дядя Толя "раздавил" с моим отцом пузырь и заметно подобрел, поэтому пустил нас с подружкой за ограду. Наташа побежала к клеткам, а я приблизилась к собаке. В детстве я боялась их меньше, чем сейчас. Шесть уже зрячих малышей смешно перебирали мягкими лапками, повизгивали, облизывали мои руки, пахнущие молоком. Я только что накормила котёнка, подкинутого в сирень и выслушала нотацию по поводу открытия нового пакета, когда в холодильнике стоял уже початый. Но я считала, что котёнок достоин только самого свежего корма, и переубедить меня не могла никакая сила на свете. Даже любимая бабушка. Та постоянно лечила раненых голубей, держала их в клетке под потолком и котят в дом не пускала. Это очень огорчало меня, почти каждый день прибегавшую к ней с просьбой приютить Мусю, Пусю или Васю.
Пока подруга разглядывала упитанных песцов с красивой пушистой шерстью, я гуляла по чужой ограде в обнимку то с одним, то с другим щенком, повязывала им бантики на лапы, шею и хвост, наливала в миску воды. Словом, развлекалась, насколько хватало фантазии. Наташу быстро позвали домой, а я задержалась в импровизированном зоопарке до темноты, успев всем малышам дать клички и подружиться с их грозной мамой. Когда отец засобирался домой, дядя Толя, вдруг сказал ему, хмуро кивнув на помёт: «Завтра пойду на Тобол утоплю». Меня как будто ледяной водой окатили. Фонтаном брызнули слезы, и я ударилась в истерику. Такое со мной раньше практически не случалось. Очнулась уже за воротами, когда из-за двухметровой ограды, мне на голову, вдруг посыпались щенки.
Изнутри слышалась ругань пьяного мужчины: «Раз так – забирай их себе!».
Умоляя «не нааааадо!», я металась вдоль забора, безрезультатно пытаясь подставить подол своего платьица, так и не сумев никого поймать!
Дядя Толя, как кулёчки, швырял несчастных через ограду, не обращая внимания на мой крик. Крохи падали, громко ударяясь о землю, отскакивая, как мячики. Один щенок больно ударил меня по плечу и скатился под ноги. Шесть маленьких комочков некоторое время лежали молча, а потом вдруг заплакали. Жалобно, тоненько, СТРАШНО!
Песцы в клетках, услышав их стоны, начали как-то странно тявкать, им подвывала сидящая на цепи собака. Покалеченные щенки пытались подняться на дрожащие отбитые лапки, утыкались в мои сандалии мордочками, а я ревела и не могла остановиться. Давно наступил вечер, и сгустились сумерки. Редкие прохожие оглядывались на меня, а я стояла посреди улицы, у ворот чужого дома, и не знала что делать.
Совсем как вчера… Столько лет прошло, ничего не изменилось…