Я хорошо помню тот день. Ужасный. Навевающий тоску. Накрапывал дождик. Колючие холодные струйки били по лицу, макушке, неприятно забирались за воротник. В тот злополучный день я потерял работу, дом уничтожил пожар, а меня чуть не сбил несущийся грузовик. Ещё и хлябь небесная. Я ёжась и обхватив себя руками, бежал в поисках укрытия. Так, я и оказался на крыльце маленького магазинчика.
Обшарпанная дверь. Тусклая вывеска, с практически не читаемыми буквами. Веяло запустением. "Прям как у меня в душе". — Подумал я. — "Ни радости, ни счастья". Взъерошив мокрые волосы, вошёл внутрь.
Полки с игрушками. Всё в пыли. Впереди виднеется стойка со старинной кассой. Я замер на пороге.
— Эй?!
Тишина. Пожав плечами, шагнул к полке. Первое, что попалось на глаза, это потёртый калейдоскоп. Руки сами схватили его и поднесли к глазам. Сквозь пыльное стекло я увидел тусклый узор. Протёр. Вновь взглянул.
Картинка преобразилась. Заиграла яркими красками. Стёклышки перемешивались, складываясь в причудливые рисунки. Я невольно улыбнулся. Послышался шорох. Я вернул игрушку на место и осмотрелся. Магазин изменился. Пропал вездесущий мрак. Я обернулся и уставился в витрину. На улице светило яркое солнце. Тучи развеялись. Дождик прекратился. Выходить не хотелось, да и куда? Там, за дверью магазинчика меня ничего не ждёт. Я медленно двинулся вдоль ряда с игрушками.
Шарики разбросаны на полке, беспорядочной цветочной кучей. Я невольно сложил их, согласно цвету и размеру. Взял жёлтый. Поднёс к губам. Надул.
В руках у меня настоящее резиновое солнышко. Светлое, круглое, даже кажется, что тёплое. Снова шорох возле стойки. Пальцы разжались. '"Солнышко" сдулось, издав смешной булькающий, шипящий звук. Шарик сделал круг и упал «тряпочкой» на пол. Я хихикнул. Мне показалось движение сбоку. Резко обернулся и невольно раскрыл рот.
За стойкой стоял пожилой человек. Невысокого роста. Длинные седые волосы спускаются до плеч. Голая макушка блестит, освещаемая лампочкой сверху. Она мне напомнила лужайку, обрамленную скудной растительностью. Даже показалось: ещё чуть-чуть и на «лысой полянке» появятся крошечные феи, что бросятся в пляс. Я рассмеялся.
Продавец, за стойкой улыбнулся светлой, чистой улыбкой. Он сразу стал похож на доброго волшебника. Я нагнулся. Поднял шарик и вернул его на полку. Смело шагнул к стойке.
— Здравствуйте. Я хотел…
— Привет. Понравилось у нас? — Перебил продавец, но я не обиделся, только расплылся в глупой улыбке.
— Да.
— Оставайся.
Я развёл руками.
— Что тебя ждёт там? — Продавец указал на улицу.
Я промолчал. Опустил голову, осознавая его правоту.
— Останься на день!
— Но что я буду делать. Здесь. Торговать игрушками?
— Продавать радость!
— Так и цен не знаю. — Совсем растерялся я.
Продавец лишь похлопал меня по плечу и скрылся в подсобке.
— Но…
Звякнул колокольчик, извещая о вошедшем покупателе. Мне ничего не оставалось другого, как встать возле кассы.
Подошла женщина. Посмотрела на меня грустным взглядом:
— Простите, здесь продают счастье?
— Радость. — Поправил её.
— На вывеске написано "Магазин Счастья".
Я улыбнулся, лихорадочно соображая, как поступить.
— Понимаете, — вздохнула покупательница, — жизнь потеряла былые краски. Счастья нет, а так хочется.
— Краски? Постойте.
Я вышел из-за прилавка и подбежал к стеллажу с акварелью. Схватил коробочку и вернулся обратно. Откуда-то появился большой лист ватмана. Не обратив особого внимания на необычность его появления, я раскрыл акварель и нарисовал жёлтый кружок. Дама снисходительно хмыкнула. Приняла у меня кисть и закрасила круг.
На картоне вспыхнуло нарисованное светило. Дама улыбнулась и нарисовала дерево. Вскоре мы хохотали и самозабвенно рисовали по очереди. Будто беззаботные дети творили красочный мир, на обычном куске ватмана.
— Благодарю вас. Я ощутила настоящее счастье от рисования! Я возьму их. Сколько с меня?
Я виновато развёл руками:
— Улыбку.
Женщина рассмеялась. Морщинки возле её карих глаз разгладились и вспыхнули детским азартом.
— Вы сказочник! Я расскажу о вашем чудном магазинчике всем знакомым!
Так, я обрёл своё маленькое счастье.