На севере Москвы у самой МКАД расположен усадебный комплекс 18-19 веков – усадьба Алтуфьево. Деревня с таким названием на реке Самотёшке во владении некоего Неупокоя Дмитриевича Мякишева известна с 1858 года. По некоторым сведениям, в это время суздальскому дворянину Н.Д. Мякишеву была отдана освободившаяся подмосковная вотчина. Ранее она принадлежала московскому дворянскому роду Алтуфьевых, но владельцы Яков Алтуфьев и его сын Юрий были «посажены» на земли бывших новгородских бояр и переселились в Великий Новгород. Алтуфьевы переселились, а название осталось. В разные годы деревней владели Акинфиевы, Вельяминовы, Апраксины, Куракины. Основы усадьбы сложились при И.И. Вельяминове. При нем был заложен господский дом в стиле барокко, новый каменный храм взамен первой Крестовоздвиженской церкви, построенной в 1678 году думным дворянином Н. И. Акинфиевым и регулярный парк с двумя прудами. Современный вид главный дом приобрёл при Н. А. Жеребцове в 1849—1861 годах.
Николай Арсеньевич Жеребцов, российский чиновник и литератор, по профессии инженер путей сообщения, в 1844—1846 одах в чине статского советника возглавлял Виленскую губернию. Выйдя в отставку, купил и основательно перестроил усадьбу Алтуфьево. До сих пор главный усадебный дом украшает герб Жеребцова.
Главный дом, построенный в 1760-ых годах, достался Жеребцову полуразрушенным, от него оставались только подвалы и фрагменты стен первого этажа. В 1851 году при Н. А. Жеребцове дом приобрёл свой нынешний вид в стиле псевдорусской (или неорусской) эклектики. Над центральной частью дома был выстроен деревянный мезонин с шатровым «бельведером». Южный фасад приобрёл белокаменные колонны и килевидные украшения окон и входного тамбура. В конце 19 – начале 20 веков дом был еще раз перестроен, а в советское время утратил башню-бельведер.
Состояние главного усадебного дома печальное, хотя при посещении можно заметить вроде бы какие-то ведущиеся реставрационные работы, часть фасада затянута ограждающей строительной сеткой. Одно радует, что здание не пустует, тогда бы оно точно полностью разрушилось. Сейчас в нем расположена воскресная школа Крестовоздвиженского храма. Вот так выглядит вход в нее.
Другая «уцелевшая» постройка усадьбы Храм Воздвижения Креста Господня, построенный в 1760—1763, редкого типа «иже под колоколы». Отличительным признаком храма типа «иже под колоколы» является то, что ярус звона в нём сооружается над самим помещением храма. Теперь объясню, почему слово «уцелевшая» я взяла в кавычки. В 1993—1995 годах церковь перестроили: возвели новую трапезную, заменившую небольшую трапезную 1986 года и новую колокольню. После их сооружения площадь храма увеличилась более чем вдвое, но он не только лишился своих пропорций, но и скрыл находящийся северо-западнее церкви господский дом усадьбы. Свод храма был пробит, колокола перемещены в колокольню, и архитектурный памятник при этом полностью утратил свой первоначальный вид. В целом Крестовоздвиженская церковь смотрится красиво и нарядно, но, увы, исторической ценности уже не представляет.
А часовня-крестильня соперничает своими размерами с главным домом.
В литературе об усадьбе Алтуфьево упоминаются еще два сохранившихся здания: пивоварня— единственная уцелевшая хозяйственная постройка конца 18 века, в стиле зрелого классицизма, сильно перестроена на рубеже 19-20 веков и в советское время и флигель с погребами, 18-19 веков. Мне их обнаружить не удалось. За главным усадебным домом располагается психоневрологический диспансер, окруженный забором. Может, флигель и пивоварня находятся там, а может, они сейчас пребывают в таком плачевном состоянии, что я их просто не заметила
Утрачен и усадебный парк. Из двух прудов сохранился только один, да еще несколько старинных деревьев. Сейчас перед усадьбой разбит новый молодой парк.
Последним владельцем Алтуфьева был нефтяной промышленник и меценат Г. М. Лианозов (Гево́рг Марты́нович Лиано́сян); его именем до сих пор называется район, в котором расположена усадьба. При Лианозове к дому сделали пристройку.
Хочется верить, что усадьбу отреставрируют, и она станет настоящим украшением не только севера столицы, но и всей Москвы.