Какая хрупенькая мисс! Ты - нежность и очарованье. Ты - мой несбыточный каприз, Одновременно наказанье. Давай присядем у окна И поцелуемся как прежде. О, были в жизни времена, Когда я изнывал в надежде Тебя завоевать навек, Вдыхать аромы бархат-кожи, Но я убит как человек, И в голосе - частица дрожи. Отвергла? Черт с тобой, и пусть Меня толкнула на погибель. Поет есенинская грусть В моей душе, рождая выбель. Не видеть б образ по ночам, Который все же обожаю! Отдаться что ли мне врачам, Раз я в безумстве пребываю? За окнами кружат снега, Поет блуждающая вьюга. О, Боже, ты мне дорога Как солнце, греющее с юга. И также не достичь тебя, Как то небесное светило. Убила сердце, не любя, И плесень на душе взрастила.
Какая хрупенькая мисс!
Ты - нежность и очарованье.
Ты - мой несбыточный каприз,
Одновременно наказанье.
Давай присядем у окна
И поцелуемся как прежде.
О, были в жизни времена,
Когда я изнывал в надежде
Тебя завоевать навек,
Вдыхать аромы бархат-кожи,
Но я убит как человек,
И в голосе - частица дрожи.
Отвергла? Черт с тобой, и пусть
Меня толкнула на погибель.
Поет есенинская грусть
В моей душе, рождая выбель.
Не видеть б образ по ночам,
Который все же обожаю!
Отдаться что ли мне врачам,
Раз я в безумстве пребываю?
За окнами кружат снега,
Поет блуждающая вьюга.
О, Боже, ты мне дорога
Как солнце, греющее с юга.
И также не достичь тебя,
Как то небесное светило.
Убила сердце, не любя,
И плесень на душе взрастила.